— Я тебе сожгу, — возмутилась я. — Рукописи не горят, а я еще и потратилась.
Дверь же ходила ходуном, пока ее окончательно не выбили. Вошел взбешенный, разъяренный и яростный господин Воккер.
— Андрея, — осматривал он помещение, — я вас повсюду искал. Доложили, что невест обучают чему-то непристойному.
Тут его гневный взгляд уперся в меня. Вау, а обиженная ящерица без дела не сидела. Настучала, зараза такая.
— Какое совпадение, Ройс, — хмыкнула распорядительница. — А мы от вас повсюду прятались.
— Ты посмотри, посмотри, чем они занимались? — Бьерн брызгал слюной, подсовывая мне под нос какие-то дешевые любовные романы. — Это же позор, разврат. А они принцессы.
— Невесты, — поправил я. — На время отбора статус всех девушек равен. Они невесты, кандидатки, но титул упоминать будет лишним.
— Но это же не снимает с них вину, — не унимался дознаватель, грозно обводя взглядом всех девушек. — Кто? Скажите, кто принес похабщину в наш дворец? В эту святая святых? В обитель благородства, ума и добра?
Девчонки, как ни странно, держались молчаливо, уцепились друг за дружку, но виновницу не называли. Правда, я и без их показаний был в курсе. Слишком очевидно, да и служанка смотрит на меня чересчур дерзко.
И откуда она такая? Я специально наводил справки о Лавли Дрим. Прошлое у нее было весьма обычным, я бы сказал, что скучным. Наглая ведьма выросла в предместьях герцогства Ревэйн, потом ее взяли на службу к юной наследнице, а там она подружилась со своей госпожой. Это не редкость, учитывая, сколько времени леди проводят вместе со своими горничными.
Но у этой Лавли были слишком обширные умения, навыки, да и дар бесценный. Образования никакого, а умная. При дворе пригодится. Сразу завербовать ее к себе не получилось, она держалась особняком.
— Оставь это, — остановил господина Лаулеса. — Не видишь? Нашим дамам и без того неуютно. Я прошу прощения, девушки, — поклонился всем кандидаткам в отборе.
Меня не задевал их поиск истины. Юные барышни, собственные страхи. Напротив, я очень старался не смеяться.
— Ах, с этого и стоило начинать, — отозвалась леди Жуи. — А то позор, разврат... Мы ничего плохого не хотели.
— Я понимаю, но раз мы стали свидетелями... эм... чего бы то ни было, это времяпрепровождение придется прервать. Боюсь, Его Величество и Его Высочество не одобрят такие занятия.
Нутром ощущал, как ведьма хочет возразить... и не может.
— Но я хочу знать, это важно, — спорил со мной Бьерн.
Пришлось одарить его гневным взглядом, чтобы коллега примолкнул. Получилось.
Одна за одной, девицы потянулись к выходу. Последней, очень кстати, выходила белокурая, хамоватая чародейка с фамильяром на плече.
— А вас я попрошу остаться, — выставил руку, перекрывая проем.
— А вы не можете, — съязвила она, протискиваясь под моим запястьем и предплечьем. — В первую очередь я слушаюсь леди Ревэйн.
— Да, — обернулась невеста по имени Катрина, — вы не можете. Лавли мне нужна.
— Я то как раз могу, — отпарировал я, — вся прислуга... в первую очередь... подчиняется мне. Заучите это правило. Мы позволили вам привезти свою служанку, но это не значит, что ей разрешено вытворять, что угодно. Идите, — я посерьезнел, — заберите с собой мышь. — Впихнул в руки леди Ревэйн магического спутника.
Девушка не воспротивилась, притихла. Когда мне требовалось, я умел быть убедительным. Жаль, это работало с магами. На ведьм и их питомцев не больно-то распространялось.
— Я тебе не мышь, — зашипело животное, — я летучая мышь!
— Я не зоологист, чтобы разбираться в особенностях фауны. Простите меня за неточные формулировки.
— Ничего, — вздыбился фамильяр. — Мир круглый, за углом встретимся.
А вот эти слова можно расценивать как угрозу. Я прищурился, не без труда сохраняя терпение, но неожиданно в беседу вступила сама виновница беспорядка.
— Да идите уже, а то я реально никогда не вернусь, — закатила она глаза. — Вспышка, не беси Катрину. Катрина, ну, как-то не пытайся не бесить Вспышку.
— Л-ладно, — не очень уверенно согласилась леди Ревэйн, — но если что, зови на помощь. Ты знаешь...
— Да-да, знаю, — отмахивалась ведьма, — мы и в воде, и в огне, и в трубах... обидчиков утопим. Вспышку не корми, уже никуда не пролезает.
После Катрины я выставил и Бьерна с его охраной. Главного дознавателя я терпел, ждал, когда Таурус вознамерится его уволить. Увы, король с этим преступно медлил.
Оставшись наедине с ведьмой, попытался грозно на нее посмотреть.
— Вы как-то собираетесь объяснить этот нетривиальный поступок? — кивнул в сторону журналов с весьма откровенным содержанием.
— А вы когда-нибудь слышали про презумпцию невиновности? — заявляла Лавли. — С чего вы решили, что они мои?
Вытолкнув ногой стул, я попросил ее присесть. Но с первого раза колдунья не подчинилась.
— Не заставляйте атаковать вас заклинанием, — тер я переносицу, — садитесь.
— Так и быть, — пробурчала она. — В ногах правды нет.
— А она у вас где-то есть? — я заинтересовался. — Эта правда?