Амариллис взяла колечко, украшенное волнистой линией по ободку, Натал выбрал сплошной кружочек с неровными краями и полустёртым рисунком в центре. Виола долго перебирала тёмные медяшки.
— Вот эту! — она подняла маленький кружок, с подвешенной к нему на колечке металлической каплей.
— Бери, — махнул рукой Розанчик. — Но их же две…
— Как две? — удивилась Виола.
Паж нерешительно потупился:
— Ну… у Джордано — вторая. Это, наверное, бывшие серьги.
Джордано достал вторую подвеску:
— На`, сделаешь себе серёжки, как у этрусской царицы.
— Спасибо…
Розанчик протянул открытую ладонь Гиацинту, там ещё оставалось монеток пять.
Граф покачал головой:
— Оставь. Виола отхватила за двоих.
Розанчик просто пылал альтруизмом:
— То — ей, а ты возьми для себя.
— У меня есть, — Гиацинт потянул с шеи цепочку.
Касаясь открытого ворота белой рубашки, закачался круглый, тоже бронзовый медальон с голубыми эмалевыми точками и белым якорным крестом графов Ориенталь.
— Ах, этот… — протянул Розанчик. — Отлично! Не хочешь, не бери, — он поспешно спрятал оставшиеся монеты.
— Я у тебя его раньше не видел, — заметил Джордано.
Гиацинт спрятал цепочку:
— Я его всегда ношу.
Натал ехидно спросил:
— Тоже подарок?
— Будто не знаешь. Пассифлора подарила, когда ехал в Париж, десять лет назад… — Он мечтательно усмехнулся: — Сказала: со шпагой, мальчик, сам разберёшься, а если будут стрелять, попадут в него.
— Ну и как? — заинтересовался Джордано.
— Нормально. Но пока пули летят просто мимо.
— Ничего, всё ещё впереди, — заверил Натал. — Ты, кстати, первый раз назвал имя. Говорил всегда "фея крёстная".
— С ним это бывает, когда речь о великой мадемуазель Пассифлоре! — мстительно напомнила Амариллис. — Такая скромность!
— Какая там скромность, обычный склероз! Старость — не радость! — Гиацинт на ходу отмахнулся от придирок друзей. И получил от Натала легкий подзатыльник: напоминание, что кто-то тут на десять лет старше!
Розанчик от изумления даже на секунду забыл о найденных сокровищах, заметив, что граф только смеётся в ответ на такое обращение. Сам паж всегда возмущался, насколько бы заслуженно и вовремя ни прилетал "воспитательный момент". И что-то не припоминал, чтобы Гиацинт когда-нибудь кому-нибудь разрешал подобные шуточки.
*****
Обойдя ворота, кладоискатели подошли к герцогу Джорджоне.
— Папа! У нас к тебе дело археологической важности! — заявил Джордано.
— Архи… какой? — герцог подозрительно глянул на сына.
— Археологической. Мы клад нашли!
— Где? — поинтересовался Джорджоне.
— Там, в подвале, — неопределенно махнул рукой Розанчик по направлению к развалинам Фьезоле.
— Вы спускались туда одни? — герцог с надеждой перевел взгляд на Натала и Гиацинта.
— Что вы, ваше сиятельство, конечно, мы были рядом, — Гиацинт не уточнял на каком расстоянии это "рядом".
— К тому же, это абсолютно безопасно, — поддержал его Натал, честно глядя на герцога (в конце концов, он в родстве с прекрасной актрисой).
— Никакой опасности! — Чтобы уж совсем успокоить герцога, Розанчик добавил для убедительности: — Правда, меня чуть не укусила змея, но всё обошлось благополучно…
— Гуманисты! — прошептала Виола, опустив голову и кусая губы, чтобы скрыть смех.
— Боже, какой ужас, змея! — синьора Далия услышала предпоследнюю фразу.
— Мама, не волнуйся, мы клад нашли!
— Покажите…
Вокруг мальчишек собрались все гости Фьезоле. Розанчик и Джордано вывернули карманы и достали горсть металлических кружочков с древней чеканкой, всего около двадцати штук.
— Ну-ка, посмотрим! — герцог присел на каменную глыбу, торчащую неподалёку в траве, взял в руку несколько кружочков. Посмотрел с обеих сторон, на свет, поцарапал край кинжалом.
— Судя по всему, это части какого-то античного украшения, где-то у меня в коллекции есть браслет с подобным узором, найденный также при раскопках Фьезоле. Я его купил у нашего археологического музея… Видимо, это монетки VI века до н. э. переделанные в бусы, наподобие цыганских. Они все рядом лежали?
— Да, — кивнул Джордано. — Прямо россыпью! На полу в комнатке с очень низеньким потолком.
— Возле скелета, — уточнил Розанчик.
— Кошмар! — вздрогнула мадам Лили` — жена Жасмина.
— Да там только пару косточек было и череп, — "успокоил" паж.
— Бедный Йорик… — трагически вздохнул Парис. — Ограбили тебя эти варвары.
Кладоискатели потупились.
— Розанчик! — дёрнула пажа за рукав Амариллис. — Покажи одноглазую…
— Да! Ваше сиятельство, а вот эта штука откуда? Она в стенке была спрятана совсем в другом конце города. — Паж протянул герцогу свою драгоценную находку.
Джорджоне бережно взял статуэтку и осмотрел со всех сторон. Вздох восхищения прокатился по толпе, все хотели поближе рассмотреть зверюшку.
— Явно этрусская бронза, — сказал Джорджоне. — Химера какая-то. Наверно она, по древним верованиям, призвана охранять дом — отгонять злых духов.
— Такое страшилище кого угодно прогонит, — заметил кто-то из актёров.
— А какого она века? — спросил мэтр Жасмин.
Герцог пожал плечами:
— Пятого, я полагаю. До Рождества Христова.
Розанчик восхищённо свистнул:
— Выходит, моей Флорес больше двух тысяч лет?
