Когда на столе появились бокалы с искрящимся золотистым напитком, Гун предложил нам выпить. Заметив наше замешательство, гигант сделал глоток первым. Тогда Ран решился и чуть пригубил содержимое своего бокала. Поставив бокал на стол, Отто даже не повернул в мою сторону головы, но по напряженной фигуре и пальцам, чуть постукивающим по подлокотнику кресла, я понял, что он не хочет, чтобы я пил. Я знал этот непроизвольный язык тела Рана. Общаясь с кем-то, он всегда невольно выстукивал неспешный такт кончиками пальцев, когда ждал от собеседника обдуманного и взвешенного ответа. Но сейчас он надеялся на мою внимательность и осторожность. Сделав вид, что прикоснулся губами к напитку, я тут же поставил его на стол. Ран немного расслабился и, откинувшись в кресле, выжидательно уставился на Гуна. Выдержка у оберштурмбаннфюрера оказалась железная.
— Осирис занимал пост Первого командора Первого имперского легиона — боевого Звездного флота Шумера. Подняв мятеж против Великой Императрицы Шумера — несравненной Геру, он поставил себя и своих приспешников вне закона. Все отступники были лишены своих имен, должностей, наград, имущества и приговорены к смерти, а кланы, к которым они принадлежали, поражены в правах на тысячу лет. Однако тот, кого некогда звали Осирисом, и часть его приближенных сумели скрыться, — Садэ Гун, не торопясь, сделал еще один глоток из бокала, золотистый напиток в котором приобрел серебристый цвет. — В связи с тяжестью преступления розыск и уничтожение остатков мятежников был поручен «Святому отряду». И «святые воины» выполнили свою задачу — нашли гнездо врагов в вашей Солнечной системе. Каково же было удивление, когда их экспедиционный корпус наткнулся на новую цивилизацию, созданную Осирисом. В нарушение наших древних законов о запрете создания иных генетических организмов он вырастил искусственную расу людей. И сам преступник, и его детища подлежали уничтожению.
— Люди Земли были созданы еще до Осириса, господин советник, — вежливо перебил я.
— И они должны были быть уничтожены. Осирис же изменил их и, как позже выяснилось, готовясь к походу на Шумер, превратил в боевые машины. Ошибку он превратил в угрозу для нашей Империи, — бесстрастно глядя мне в лицо, продолжил Гун. — Разгром мощной военной экспедиции Второго Лорда — Инквизитора поверг всех в шок, и лишь глобальная катастрофа, вызванная падением гигантского метеорита, перенаправленного шумерянами к вашей планете, всех на время успокоила. — Советник встал с кресла и, заложив руки за спину, подошел к белой и пустой стене помещения. Стена вдруг ожила, превратившись в огромный экран. Спокойное темно-синее море заплескалось у ног нашего необычного собеседника. По голубому небу неспешно поползли сиреневые облака. Я почувствовал на лице дуновение легкого морского бриза.
— Но вы выжили, и только действия одного из шпионов и безмерное милосердие Великой Императрицы и Верховной Жрицы Шумера Геру спасли Землю от полного разрушения, а геноргов — от тотального уничтожения, — продолжил Гун и снова умолк, уставившись на меня.
— И что же сделал этот шпион? — не отводя взгляда, нарушил я затягивающуюся паузу.
— Он убил выжившего Осириса и заразил землян вирусом, полностью блокирующим их удивительную программу, превратив вас в безобидных существ, запертых в клетках дряблых тел и не способных покинуть околоземное пространство.
— И что же вы не спасли своего шпиона, господин советник? Исидо растерзал его на куски.
— Это не входило в наши планы. Мятежники должны были перебить друг друга, и они перебили друг друга. Сет знал, что помощи не будет, — ответил Гун, продолжая задумчиво изучать мое лицо.
— Что же двигало им, советник? — не унимался я.
— Не знаю. Тогда разведкой руководил другой человек, а я был совсем молодым и занимал должность рядового пилота-разведчика, — шумерянин повернулся в сторону моря.
— Сколько же вам лет, господин советник, позвольте спросить, — вырвалось у удивленного Рана.
— Мы живем очень долго, командор Ран. Если судьба не распорядится иначе — тысячи лет, — Гун все еще смотрел на море.
— Так или иначе, но мы такие же люди, как и вы — шумеряне. И мы пришли с миром. В ваших посланиях говорилось, что у нас с вами общий враг и сообща нам будет легче справиться с ним, — теперь уже спокойно сказал Ран.
Гун снова уселся в свое кресло и пригубил ставший уже бронзовым по цвету напиток. Командир «Молоха» тоже сделал глоток.
— Марбы, — Гун поставил бокал на стол. — Основной наш противник на просторах космоса. Мы почти ничего не знаем о них, хотя противостояние длится не первую сотню лет. Мы даже не знаем, как они выглядят на самом деле. Мы научились лишь вылавливать диверсантов с выпотрошенными мозгами из числа захваченных ими пленных.
— Но вы уничтожили их корабль близ Электры, — напомнил я.