лаборатория армии США, форт Бельвуар), эта тематика исследовалась также и в других
странах.
О роли спецслужб в формировании программ СССР в области парапсихологии нужно
сказать отдельно. По всей видимости, возможности этой технологии заинтересовали ВЧК-
ОГПУ-НКВД. Здесь всплывает имя А.Барченко, который в 1921 году организовал
экспедицию на Кольский полуостров по заданию Бехтерева [357]. Другая экспедиция
Барченко в Крым была финансирована ОГПУ и связана с начальником спецотдела Г.Бокием.
Некоторые источники упоминают о существовании нескольких закрытых лабораторий,
занимавшихся паранормальными феноменами. Например, одна из них —
«нейроэнергетическая» лаборатория при спецотделе ОГПУ [303] — находилась сначала под
крылом Московского энергетического института, после 1934 (1935) года — в здании
Всесоюзного института экспериментальной медицины. Очень характерно название работы
Барченко «Введение в методику экспериментальных воздействий объёмного энергополя»
[334] (к сожалению, сам текст работы не доступен в открытой печати). Финансирование
некоторых проектов Барченко происходило по личному указанию Ф.Дзержинского [303; 357].
В силу того, что архивы по делу Барченко по-прежнему закрыты, можно только
предполагать, чем именно занималась его лаборатория.
«(Барченко) предпринимал неоднократные попытки организовать экспедиции в Тибет,
совершал поездки к пещерам Крыма, в „медвежьи углы" Костромского края, на Алтай, где
было отобрано немало оккультных предметов... Учёный выступал также консультантом при
обследовании всевозможных знахарей, шаманов, медиумов и гипнотизёров. Для проверки
этих „аномалов" служба Бокия оборудовала у себя специальную „чёрную комнату"» [303].
Как уже говорилось, парапсихологические работы довоенного периода развивались в
рамках нескольких узких программ, курируемых государством. Отдельные же исследователи,
даже если и получали интересные результаты в этой области, всячески преследовались.
Можно назвать имя А.Л. Чижевского. Несмотря на то, что он сотрудничал с лабораторией
Дурова и знал лично Бехтерева и Кажинского [275], судьба его работ оказалась другой.
Чижевский в 1930-1936 годах обосновал интересную теорию о Z-лучах, которые обладают
«высокопроникающей» природой и взаимодействуют с биологическими организмами [358].
Стандартный тест на оседание эритроцитов под воздействием «высокопроникающего»
излучения был также разработан Чижевским [358], [359]. «Люстра Чижевского» 30-х годов,
помимо своего аэроионизирующего эффекта, является также и генератором
«высокопроникающего» излучения [360], конструкция которого сходна с другим генератором
— так называемым «хрональным генератором Вейника» 90-х годов (см. рис. 53).
В 1936 году Чижевский был снят с работы. Z-лучи Чижевского перекликаются с
работами Н.П. Мышкина, который ввёл «пондеромоторные силы светового поля», также
обладающие «высокопроникающим» характером [361]. В связи с Чижевским нужно
упомянуть имя К.Э. Циолковского, также сторонника космизма, философские и этические
работы которого были долгое время засекречены [362].
К сожалению, множество источников указывает на то, что в 1937 году все эти работы
были частично или полностью свёрнуты, а некоторые исследователи и их семьи
репрессированы. Репрессии подверглись практически все парапсихологические программы;
Барченко, Бокий, а также некоторые члены Центрально-Азиатской экспедиции Рериха [333]
были расстреляны [303], Чижевский в 1942 году был арестован за «контрреволюционную
деятельность» и сослан. Все результаты исследований и рукописи были закрыты, и только
СЯ. Турлыгину удаётся опубликовать сокращённые результаты своих исследований в области
микроволнового излучения человека в начале 40-х годов [207].
Нужно сказать, что закрытие программ почти на 20 лет охарактеризовало наступление
следующего цикла в развитии парапсихологии в СССР. Из-за ужесточения тоталитарного
режима, войны и идеологических разногласий были в некоторой степени пропущены работы
в области радионики, вихревых явлений и приборной парапсихологии, которые достигли
пика развития как раз в 50-е годы. Эти работы также занимались вопросами
«высокопроникающего» излучения, однако с совершенно других точек зрения. Идея
«тонкополевых резонансов», которая характерна для радионики, так и не нашла свой путь в
СССР, по крайне мере в 60-х и 70-х годах. Это также касается и «странного небиологического
