излучения», обнаруженного Чижевским и Мышкиным, которое было также найдено и на
Западе (см., например, работы Томаса Иеронимуса (в том числе и от излучения небесных тел)
[155; 220] и Виктора Шаубергера [162]). Работы в конце 50-х и начале 60-х годов начинают
своё движение с повторения экспериментальных результатов, сделанных до 1937 года.
Многие источники указывают, что послевоенный период советских работ в области
параномальных феноменов начинается с исследования вывезенных немецких архивов
Аненербе из замка Альтан [282]. Мы не можем сказать, насколько это соответствует
действительности. В этих же источниках указывается, что эти архивы не были особенно
проработаны даже в 60-х годах. Даже в настоящее время архивы Аненербе находятся в
необработанном состоянии, в особенности части, посвящённые немецким операторным
сессиям. Как указывалось в предыдущей главе, известны работы в 50-е годы в Агудзере,
Синопе и Подмосковье, посвящённые гипнозу, слабым биологическим излучениям и
высокочастотной технике, которые были инспирированы немецкими работами. Также
известно участие немецких специалистов времён национал-социализма и в американских
психотронных программах 50-х годов, таких как «MKULTRA» [306]. Поэтому можно с
достаточной уверенностью утверждать, что имеется связь между ранней психотроникой в
ЧССР, США и СССР и немецкими работами. Происходила ассимиляция немецких
исследований и совмещение с собственными разработками, как это видно на примере
«MKULTRA». Однако в публикациях того периода мы не можем найти указаний на
существенный прорыв в паранормальных исследованиях. Уже в 1961 году на уровне
президента АН СССР возникает вопрос о продолжении парапсихологических исследований,
который был решён положительно [3]. Можно предположить, что немецкие и американские
работы всё же были знакомы руководящей верхушке, и это в какой-то мере стимулировало
широкий фронт исследований в 60-х и 70-х годах.
С самого начала нужно сказать, что исследования в этом периоде разбились на
несколько областей. В первую очередь, это были продолжения классических
парапсихологических опытов с различными феноменами, демонстрируемыми экстрасенсами.
Во-вторых, была продолжена программа влияния ЭМ-излучения на биологические объекты.
Это самая большая программа, которая получила большое количество ответвлений,
финансирования и в конце концов привела к появлению высокочастотного «психотронного
оружия», которое активно обсуждается в средствах массовой информации. Как первая, так и
вторая области имели открытые и закрытые части. И, в-третьих, было основано новое
направление — исследование «высокопроникающего излучения небиологической природы».
В этой главе мы уделяем большее внимание именно последнему направлению.
Вернёмся ещё раз к работам С.Я.Турлыгина, описанным в [143; 206] и отчасти в [207].
Турлыгин был специалистом в области высокочастотной техники, известны его работы в этой
области [363], поэтому его опыты отличались высокой степенью понимания предмета.
Структура одной из опытных установок Турлыгина показана на рис. 54. Приведём цитату
[206]:
«Среди применяемых сменных устройств, которыми снабжался патрубок, был
свинцовый экран, предположительно должный задерживать излучение. Последнее также
могло падать на эбонитовое или медное „зеркало", предназначенное для отражения потока
излучения, или проходить через дифракционную решётку, должную продемонстрировать
картину дифракции — максимумы и минимумы плотности энергии. В ряде случаев поток
предполагаемого излучения мог проходить между пластинами конденсатора. Пройдя через то
или иное сменное устройство и преобразовавшись в нём, излучение достигало испытуемого.
Таким образом, исследованию подлежала чисто физическая картина явления, при этом
испытуемый выступал в роли биоиндикатора, гипнотизёр — биогенератора излучения.
Анализ и обобщение полученных результатов дали Турлыгину весомое основание прийти к
выводу, что свинцовый экран задерживает излучение; это проявляется в увеличении отрезка
времени до начала падения испытуемого в сравнении с тем, что наблюдается в
экспериментах, когда экрана не было. Опыты с зеркалами подтвердили наличие излучения и
„оптический" закон его отражения. Эксперименты с использованием дифракционной
решётки позволили определить длину волны излучения — она оказалась в диапазоне 1,8-2,1
миллиметра. Однако электрическое поле конденсатора, как ни странно, излучение не
отклоняло.
Интересны некоторые заключительные замечания Турлыгина. Он пишет: „С точки
зрения физики самым существенным является тот факт, что поведение объекта
