лаборатории Университета Дружбы народов им. Патриса Лумумбы, в период с 1984 по 1987
год. Кроме того, наши торсионные генераторы, с которыми мы работали, испытывались в
ведущих московских институтах, — а именно в Институте вирусологии АМН СССР, ВНИИ
биотехники, в институте им. Гамалеи, Фармакологическом институте, НПО „Волна", НПО
машиностроения, в Институте кристаллографии и др. Кроме того, мы со своими
генераторами с целью их испытания выезжали и работали в производственных условиях в
некоторых хозяйствах Московской области: животноводческой ферме „Каменка"
Подольского района, в совхозах растениеводческого направления, и в совхозе „Тарасовская"
Пушкинского района. Одновременно с нами в совхозе „Истра" работал...» [10]
В рамках этих экспериментов проводились различные вирусологические,
биологические, медицинские, сельскохозяйственные работы. Объектами экспериментов были
микроорганизмы, мыши, растения, проводились даже медицинские работы с пациентами. По
мнению Соколовой, «уже в 1986 году было изготовлено более 30 генераторов торсионного
поля» [10].
Во-вторых, благодаря контактам экстрасенсов с властью (предполагается, что это были
контакты между Джуной и Брежневым [345]), различные НИИ получают указание сверху
исследовать эти феномены. В 1980 году ГКНТ и президиум АН СССР поручили Институту
радиотехники и электроники АН СССР (головное учреждение Академии наук по
исследованию слабых сигналов) выполнение программы работ по исследованию физических
полей биологических объектов с целью создания принципиально новых методов
медицинской диагностики. В частности, провести исследование возможных особенностей
физических полей Е.Ю. Давиташвили (Джуны) [382]. Эти работы были выполнены под
руководством Ю.В. Гуляева и Э.Э. Годика [383]. Имя Ю.В. Гуляева тесно связано с двумя
другими именами — Д.Б. Кобзаревым и Н.С. Кулагиной. Группа академиков Гуляева и
Кобзарева занималась феноменом Кулагиной [28], который исследовался ещё начиная с 1977
года в Санкт-Петербургском институте точной механики и оптики, где мы встречаемся с
фамилией Г.Н. Дульнева [384]. Эти работы стимулировали дальнейшее развитие
«экстрасенсорной линии» парапсихологических работ.
Нужно сказать, что контакты силовых структур СССР и экстрасенсов имели место ещё
с 70-х годов и достигли своего максимума в 90-х годах. В каждом из силовых министерств
имелись соответствующие подразделения. Виктор Рубель приводит многочисленные
примеры сотрудничества КГБ и МВД с Сергеем Вронским, Владимиром Сафоновым,
Тофиком Дадашевым (например, он предотвратил угон самолёта в 1989 году) и другими [30].
Военные экстрасенсы активно участвовали в выяснении конструкции американских
спутников, в контрразведывательных и антикриминальных операциях, работали во время
конфликтов, например в Чечне. Также упоминается, что КГБ держал под пристальным
взглядом всех более или менее известных экстрасенсов, а МВД занималось массовым
тестированием населения на предмет экстрасенсорных способностей.
В-третьих, в 70-х и 80-х годах в США также получили широкое развитие работы в
области военной парапсихологии. Очевидно, что США и СССР «конкурировали» в этой
области — исследования одной стороны стимулировали эквивалентные исследования другой
стороны. Некоторые представители2 силовых структур СССР так характеризуют 80-е годы:
«В целом у нас в стране в 1980-х годах была создана система хорошо организованных и
законспирированных работ по созданию новых методов и средств решения
межгосударственных и внутренних политических проблем без привлечения сил силового
устрашения и разрушающего воздействия. В том числе и методы получения оперативной
информации, отличные от традиционно известных».
С середины 80-х годов роль центрального координатора этих приборных исследований
перенимает на себя Государственный комитет Совета министров СССР по науке и технике
(ГКНТ СССР) с непосредственным участием Министерства обороны и КГБ. «В середине
1986 года Николай Иванович Рыжков (последний председатель совета министров СССР —
глава правительства СССР) на докладной записке о перспективах развития торсионных
технологий написал резолюцию: „Принять меры к организации работ"» [385]. Считается3,
что существует закрытое постановление ЦК КПСС и Совета министров СССР № 137-47 от
27 января 1986 года о разработке программы «Управление живыми объектами, в том числе и
человеком». По понятным причинам текст этого постановления отсутствует в открытом
доступе, однако этому постановлению есть косвенные подтверждения. В мае 1991 года в
Комитет по науке и технике при Верховном совете СССР поступает справка члена-
корреспондента академии наук СССР Е.Б. Александрова, в которой говорится:
