Коллектив — сложная система, повышающая шанс любой формы жизни на выживание и ее способность конкурировать с другими формами в разумных джунглях наших дней. По аналогии с миром дикой природы, коллективы мыслящих форм тоже можно свести к зоологическим метафорам: Волчья стая, Львиный прайд, Стая гиен, Стадо слонов, Стадо баранов, Муравейник. Вышеозначенные животные — это символы для обозначения поведенческих особенностей в отдельных социумах разумных гоминидов. Кроме того по миру рыщут миллионы разумных хищников, падальщиков и безбашенных травоядных одиночек, покинувшие свои стада и стаи, или никогда не жившие в прайдах, но готовые кормиться на запрещенных лугах либо захватывать чужое и убивать. Современная политология называет их номадами — кочевниками наших дней, добывающих себе хлеб насущный метким выстрелом, обмишуриванием или ограблением жертвы, а также захватом и вытаптыванием чужих пастбищ. Большинство же населения планеты, безусловно, создано Сверхразумом не для того, чтобы захватывать и убивать, а для того, чтобы каторжно и безропотно трудиться и в поте чела своего зарабатывать хлеб насущный. Это — травоядные формы, запрограммированные на выполнение простой или сложной работы.
Главное, что нам никогда не следует забывать: разделение разумных форм жизни на хищников, падальщиков и травоядных требует от нас осознания того, что среди них нет хороших или плохих видов. Все эти формы проживают на планете рука об руку, составляя вместе ее разумный биоценоз, конкурируют за ресурсы и исполняют свою высшую миссию, заложенную в них Творцами. Они воздействуют на людей чести тем или иным способом, чаще всего ущемляя их интересы, добывают себе ресурсы и стараются достичь доминирующего положения. Для людей это может выглядеть противно, вредно и опасно, но в восприятии иных форм жизни сами люди чести не менее опасные соперники.
Никого из разумных на фундаментальном уровне невозможно переделать. Корректировке и перевоспитанию по общему лекалу могут быть подвержены лишь представители общей формы разумной жизни, но в рамках собственной высшей миссии внутри своего сообщества. Проблема усугубляется еще и тем, что все разумные искренне считают себя представителями одного вида — гомо сапиенс — и безуспешно массово пытаются себя переделывать и перестраивать под несуществующий стандарт, вымышленный Кагалом.
Следующие взаимосвязанные маркеры мы, для большего удобства читателей, объединим в группу:
Высшая форма социального воплощения разумной формы жизни — создание коллектива. Коллектив многократно умножает созидательные и разрушительные возможности любой формы разумной жизни. Коллектив, планирующий грабить и убивать, будет делать это более эффективно, чем отдельные его члены, которые станут грабить и убивать поодиночке. Коллектив, собравшийся строить, сделает это лучше, быстрее и эффективнее, чем одиночка или толпа. Стадо травоядных, сплотившихся в коллектив с распределением ролей и выставивших заграждение из рогов, легко отразит атаку крупного хищника и даже стаи хищников.
Коллектив, созданный из представителей одной формы разума, продемонстрирует высшую эффективность. Захват мировых финансов иудо-семитской формой разумной жизни, скрупулезно блюдущей расовую чистоту, — тому доказательство. Но коллектив, созданный из представителей разных форм разумной жизни, искренне считающих себя ЛЮДЬМИ, добивается куда меньших результатов, если не учесть фактор фундаментального различия в природе гоминидов и не сделать на него поправку.
Чаще всего представители всех форм разума способны пожертвовать собственными интересами в интересах более высокой общности — семьи. Меньшее количество — ради коллектива, еще меньшее — ради страны или абстрактного человечества. Большинство форм разумной жизни на планете неспособно жертвовать личными интересами во имя общественных, так как этому противоречит и препятствует их внутренняя природа, закодированная в структуре витального поля.
В природе самца любого вида разумных — отдать последний кусок хлеба самке или детенышу, но он равнодушно пройдет мимо чужой самки или чужого детеныша, если это не запрограммировано в его полевой форме иначе.
Другое дело, что представители хищных форм жизни и разумные падальщики легко способны жертвовать чужими жизнями или ресурсами во имя собственного коллектива, ибо создание коллектива под достижение конкретной цели — это форма социального созидания большинства разумных форм. И тем не менее, коллективные интересы у большинства занимают вторичное положение перед собственными, а сам коллектив воспринимается как инструмент для исполнения личной миссии или достижения собственной цели.
