Драко и Гермиона работают сверхурочно. Уже поздно, они открыли бутылку виски, и самоконтроль Гермионы находится на предельно низком уровне — особенно когда Драко начинает закатывать рукава.
========== *** ==========
Часы в кабинете тикали в такт звуку переворачиваемых страниц.
Множества страниц.
Такого огромного количества, что около часа назад они с Драко открыли бутылку виски. Стандартная проверка документов на наличие ошибок не предполагала сильного мыслительного процесса, но краткое изложение о проделанной работе необходимо было подготовить к завтрашнему дню. Сначала они поручили заниматься этим своим секретарям, но по окончании рабочего дня отправили подчиненных домой. Как ведущие детективы по делу, они должны довести его до конца.
Гермиона оторвалась от коробки с отчетами и нащупала свой стакан на столе. Она сделала большой глоток и посмотрела на Драко.
Тот сидел на другом конце кабинета, тоже на полу. Светлые волосы блестели в тусклом свете, и он вытянул одну ногу вдоль своей коробки, пока с помощью волшебной палочки просматривал каждый файл. Его галстук был давно снят, а две верхние пуговицы на рубашке расстегнуты. Взгляд Гермионы задержался на обнаженном участке бледной кожи. Если бы она сосредоточилась, то смогла бы увидеть биение пульса на его шее.
Стиснув зубы, Грейнджер снова поднесла бокал с виски к губам и отпила, продолжая наблюдать. В этот момент Драко вытащил очередную папку, и пуговица на его манжете зацепилась за кусок пергамента и расстегнулась. Он негромко выругался, положил файл на пол и начал читать содержимое, одновременно потянувшись к рукаву.
У Гермионы перехватило дыхание, и она оставила всякие попытки работать, глядя на его ловкие пальцы. Сначала он немного нетерпеливо застегнул пуговицу и наклонился ближе к странице, которую читал. Затем взялся за край манжеты и решительным движением завернул ткань вверх — один, два, три раза, — пока не остановился в идеальном месте чуть ниже локтя, открывая вид на изысканно переплетенное мышцами предплечье.
Гермиона сглотнула, пытаясь собраться с мыслями, и потерпела неудачу, когда Малфой потянулся к другому рукаву, так же безупречно закатав его несколькими быстрыми движениями. Гермиона стала активно фантазировать о том, как проводит пальчиками по его запястьям, зарывается в блондинистые волосы… и оттаскивает его наконец от этой папки.
Из ее горла вырвался непроизвольный звук — что-то среднее между стоном и вздохом отчаяния. Она вздрогнула, пытаясь прикрыться своим (пустым!) стаканом, но было уже слишком поздно, потому что Драко поднял голову, и серые глаза за стеклами очков вопросительно посмотрели на нее.
Вот ведь надо было ему еще и очки надеть сегодня? — возмущался обильно пропитанный алкоголем мозг Гермионы.
— Что такое? — спросил Малфой, приподняв брови над толстой черной оправой.
Гермиона вымоталась и к тому же немного захмелела. Она открыла рот, закрыла, снова открыла.
— Прости. Ты невероятно привлекательный, и это сильно отвлекает, — она пристально посмотрела на него. — У меня слабость на очки и закатанные рукава, я выпила немного виски, уже поздно, и ты просто… прямо сейчас ты испытываешь мою выдержку.
Гермиона остановилась. Неужели она произнесла это вслух, а не про себя, как собиралась?
Драко уставился на нее, и документ, который он держал в руках, плавно опустился на пол.
Значит, она сказала это вслух.
Вот дерьмо!
В кабинете воцарилась идеальная тишина, тиканье часов теперь казалось особенно громким.
Гермиона потрясенно вздохнула.
— М-да! Поверить не могу, что я только что это сказала, — она подняла свой бокал, обвинительно прищурившись, затем аккуратно поставила его на стол. — Прости… И похоже, мне пора. Ты тоже отправляйся домой. Я приду завтра пораньше, чтобы все закончить.
Она поднялась так быстро, как позволяли приличия, старательно не глядя на Драко, схватила сумку и пальто и бросилась к выходу.
И уже почти достигла цели, когда услышала позади себя шорох.
Она как раз потянула за металлическую ручку, но где-то над ее левым плечом ладонь Драко легла на дверь, захлопывая ее.
Гермиона замерла. Она слышала его учащенное дыхание и ощущала тепло его тела вдоль всей спины.
— Но ты не можешь уйти, пока я не расскажу тебе о моем фетише на узкие юбки и каблуки.
Широко распахнув глаза, она судорожно вздохнула и почувствовала пряный аромат его парфюма. Ее взгляд задержался на длинных пальцах, прижатых к деревянной панели, затем скользнул по предплечью к закатанному рукаву, с которого все это началось.
Малфой придвинулся невыносимо близко.
— Ты знаешь, что у меня стояк каждый раз, когда ты скрещиваешь ноги на собраниях? — прошептал он, едва касаясь губами ее уха, посылая своим голосом волну похоти прямиком к ее промежности. — Это трение шелка о кожу… Блядь! Я вынужден постоянно ерзать на месте, чтобы никто не увидел.
Трусики Гермионы моментально промокли. Она прислонилась лбом к двери.
— Повернись, Грейнджер, — в хриплом голосе звучало неприкрытое желание.
Не давая себе времени передумать, она развернулась и заглянула в его потемневшие глаза. Драко, не отводя взгляда от Гермионы, держал одну руку на двери, а другой медленно снял очки, сложил их и сунул в карман рубашки.
