Что произойдет если выполнить все эти рекомендации?
Прежде всего, пойдет массовый сброс дешевого импортного ширпотреба, который «убьет» конкуренцию, потому что советские новые товары будут конкурировать с импортной одеждой из секонд-хенда и машинами Фольксваген десяти – пятнадцати лет от роду. Которые возможно ничуть не хуже Жигулей и главное – за ними не надо десять лет стоять в очереди. О том, как изголодавшиеся по товарам советские жители произносят слово «иномарка» – те, кто жил помнят.
Вопрос: что делать? Поддерживать неэффективное советское производство или пусть лучше люди купят нормальный товар за нормальные деньги, а мы будем продавать то, в чем мы сильны?
Однозначного ответа на этот вопрос нет. Китай ввел 100 % пошлину на иномарки и одновременно открыл производственные возможности, чтобы иномарки производились в стране. Грузия полностью сняла ограничения, чтобы люди могли за небольшие деньги позволить себе хоть что-то.
Вероятно, ответ на вопрос – масштаб рынка. Грузинский рынок неинтересен для производства, советский, в триста миллионов – интересен. Так что для СССР приемлем, скорее всего, был китайский путь. С другой стороны – закрытие рынка от иностранной конкуренции вносит свой вклад в усиление инфляции. Видимо, нужен был какой-то средний путь, для каждой группы товаров свой.
Вопрос, который здесь не поднят, был еще и в чем: а насколько Запад готов к конкуренции с советскими товарами? Готов ли он заключить соглашение о свободной торговле? Допустим, у нас не было тогда излишка зерна, мы сами голодали. Но вот, например стального проката было немало, и мы могли бы с ним выйти на рынок. С углем. С нефтью. А ведь уголь и сталь – это один из столпов экономики, с европейского объединения угля и стали начинался ЕС. И готова ли, например та же Германия пустить на свой рынок советскую сталь, угробив Рур?
Ой, не факт.
А если Запад не готов – то нам к чему открывать свой рынок?