Сложно сказать, сколько Слейд просидел со мной на крыше, но когда мы спускаемся, я готова порхать от прилива сил. Не важно, что проснулась я до рассвета, потому как чувствую себя бодрой. Обновленной. Живой.
– Хочу сегодня побыть на улице, – говорю я Слейду, когда мы идем к арке, где стоят стражники.
– Господа, смотрите наверх, – говорит Слейд, и с минуту я недоумеваю, зачем он так сказал, а потом опускаю взгляд и понимаю, что на мне только его рубашка… и больше ничего.
Стражники забавно вскидывают головы вверх и задирают глаза так высоко, что удивительно, как они не закатились у них в череп.
– Мне, наверное, нужна одежда? – говорю я.
– Было бы предпочтительно, если бы мне не хотелось вонзить кинжалы в глаза моих преданных стражников.
Один из упомянутых стражников сдавленно кашляет.
– Прошу отметить, что я с неодобрением отнесусь к выкалыванию глаз.
– Я учту.
Я останавливаюсь перед аркой и оглядываюсь, смотря на открытое чистое небо. На свободное солнце. Я так давно его не видела.
И уже забыла, каково это.
Как я могла просто закрыть глаза. Запрокинуть голову. Как красный свет пробивался сквозь веки, как разливалось по коже тепло – от лба до ступней. Как проникало оно в мои поры и отгоняло все воспоминания о холоде.
Оно меня звало.
Еще до того, как в небе встало солнце, я его услышала. Я вылезла из постели и побрела наверх, позволив заманить меня сюда беззвучному голосу. Я стояла на крыше возле горы и просто… чувствовала.
Десять лет. Прошло десять лет с тех пор, как я чувствовала на лице солнечный свет. Где его не заслоняли облака, не пятнала буря.
Ни разу, пока я стояла на той крыше, моя магия не пыталась непрошенно излиться. Наоборот, я собираю ее в своей ладони, купаясь в лучах утреннего солнца, и на миг позволяю золоту погреться. Потом, когда призываю его снова погрузиться под кожу, оно слушается. Легко. Без усилий.
Думаю, моему золоту тоже не доставало солнечного света.
– Аурен?
Я отворачиваюсь от лучей и смотрю на Слейда, который наблюдает с непонятным мне выражением.
Я слегка улыбаюсь ему.
– Я лежала на спине и так наслаждалась солнечным светом, что даже не подумала хорошенько рассмотреть твое королевство.
Он продолжает изучать меня взглядом, и на секунду задумываюсь, не сказала ли я что-то не то. Но потом он говорит:
– Как относишься к тому, что я покажу его сегодня?
У меня замирает сердце.
– Ты хочешь… покинуть замок?
– А ты бы хотела посмотреть город?
– Хотела бы я? – повторяю я, затаив дыхание. – Я… – Я осекаюсь, словно настолько захвачена этой мыслью, что не могу произнести эти слова вслух. Если не брать во внимание путь из Хайбелла в Рэнхолд, то мне никогда не разрешали покидать укрытие, которое мне предлагали замки. – Просто взять и выехать в город? – спрашиваю я.
Он кивает.
– Но… – Я оглядываюсь на стражников. – Но я золотая, – замечаю я.
Слейд кривит губы.
– Ну да.
Я быстро шагаю к нему.
– Люди узнают во мне позолоченного питомца Мидаса, – говорю я тише, с презрением выплюнув это слово.
– Да, это возможно, – кивнув, отвечает он. – Это твоя жизнь, Аурен. Если хочешь держаться поодаль от посторонних глаз, то именно так мы и поступим. Но тебе не обязательно здесь прятаться. Ты не чей-то питомец, которого надо держать в клетке. Твоя жизнь принадлежит тебе, и выбирать исключительно тебе одной.
Выбор за мной.
Неслыханно. Мне никогда не предоставляли выбор, поэтому этот я не хочу упустить.
– Я больше не желаю сидеть в замке, – вырывается у меня признание, будто слова боятся, что если их не произнесут слишком быстро, то эту возможность у меня отнимут.
Он улыбается, и я отвечаю тем же.
– Это твой первый день, когда ты покинула снег и холод. Думаю, есть повод отпраздновать.
Я улыбаюсь так широко, что у меня болят щеки, но потом мое счастье гаснет.
– А как же Ману? Теперь, когда мы вернулись, тебе разве не нужно разбираться с делами?
– Ману и королевство могут подождать еще день. Ты важнее.
Мое сердце рвется из груди и одновременно с этим делает кувырок.
– Уверен?
Он кладет руку мне на спину – очень низко – и касается кончиками пальцев ямочки на пояснице, наклонившись к моему уху.
– Ну же, Золотая пташка. Давай пустимся в маленькое приключение.
Приключение.
Не смею отрицать, как от этого слова меня охватывает трепет. Улыбнувшись, я несусь к лестнице и чувствую порыв ветра, когда рубашка слишком высоко задирается. Я прижимаю руки к подолу, прикрывая попу, и оглядываюсь через плечо.
– Ой.
Взгляд Слейда прикован к моей заднице.
– Вы там еще наверх смотрите? – окликает он через плечо.
– Да, сир! – кричат в ответ три голоса. Быстро.
С лицом, на котором читается и раздражение, и веселье, Слейд идет ко мне, и вскоре я чувствую спиной тепло его тела.
– Пойдемте, леди Аурен, – почти урчит он. – Купим тебе какую-нибудь одежду, пока я не забыл о поездке в город и не решил прогнать всех из замка, чтобы пуститься немного в другое приключение.
У меня перехватывает дыхание.
– Честно говоря, второй вариант очень заманчив…
Он мрачно посмеивается, отчего по моему телу бегут мурашки, и легонько похлопывает меня по заднице.
– Вперед!
Я почти парю, спускаясь по лестнице.
