Друзья — это люди, которые любят тебя просто так. Просто за то, что ты такой, какой есть. Они не стремятся переделать тебя или привязать к себе. Они просто находятся рядом, не смотря ни на что.
В прошлой жизни у меня был замечательный друг, который стал мне старшим братом, которого у меня никогда не было. Благодаря его поддержке я не сломалась и не покинула эту жизнь раньше, чем планировалось.
С Глебом мы впервые встретились в десятом классе, когда он перешёл к нам из другой школы. У него были светлые как пшеница волосы и выразительные карие глаза. Черты его лица были довольно мягкими, красивый прямой нос, в меру пухлые губы, чётко очерченные скулы. Он был хорошо сложен, а его рост был чуть выше среднего. Глеб выделялся среди парней нашего класса, которые были далеко не красавцами.
Его посадили на единственное свободное место — рядом со мной. Он показался мне каким-то угрюмым и неразговорчивым и, в принципе, меня это устраивало. «Не будет отвлекать от учебы» думала я.
Однажды один задиристый одноклассник отобрал у меня рюкзак и стал вытряхивать из него всё содержимое. На пол полетели учебники, школьные принадлежности и из потайного кармашка выпала новенькая прокладка.
Я была готова провалиться сквозь землю от позора. У меня начала кружится голова и, казалось, что земля уходит из под ног. Одноклассник, увидев прокладку, начал смеяться и кричать об этом на весь класс. Но не это самое обидное. Он соврал, что она использованная, незаметно открыв упаковку, в которой она находилась. Ребята поддержали его и тоже закатились от смеха, показывая на меня пальцем и громко фукая.
В этот момент в класс вошёл Глеб, он увидел меня в растерянном и испуганном состоянии, и задиру, размахивающего прокладкой, и тут же вышел из себя, налетев на одноклассника и пару раз ударив его в лицо. Потом Глеб собрал все вещи обратно в рюкзак и отдал мне. Тогда мы впервые заговорили, и это положило начало большой, крепкой дружбе.
Задиристый одноклассник в тот же день пожаловался на Глеба, перевернув всё «с ног на голову». Он сказал, что Глеб просто так на него кинулся и стал избивать. Глеба вызвали к директору и стали поднимать вопрос о его исключении из школы, но я собрала нескольких свидетелей, которые встали на нашу сторону, и мы вместе пришли рассказывать, как всё было на самом деле. С моего друга сняли все обвинения, а задиру наказали родители, отобрав у него игровую приставку.
Глеб жил и воспитывался в полной семье. Об отце он отзывался не очень приятно, говорил, что он испортил жизнь его матери, и лучше бы его вообще не было. Его отец работал электриком, а мама — техничкой в больнице. Они жили достаточно просто, покупали только самое необходимое.
С Глебом мы вместе ходили в школу и обратно, прогуливались по живописным местам нашего города, весело разговаривая обо всём подряд. Мы могли говорить часами и не надоедали друг другу. Он всегда старался меня защитить, словно я маленькая девочка, которую нужно оберегать от всего на свете. Иногда это раздражало, ведь я взрослая девушка и не нуждаюсь в чрезмерной опеке. Но временами мне было приятно его внимание.
Вскоре Глеб познакомил меня со своим другом — Стасом. Его отец был какой-то «крупной шишкой», руководил своей фирмой по производству элитного алкоголя. Мама тоже работала на фирме, но занимала должность пониже.
Стас был прямой противоположностью Глебу. Ниже ростом, с тёмной шевелюрой, глазами цвета лазури и едва заметной горбинкой на носу.
Он мне сразу понравился. Было в нём что-то магнитное и притягательное. Но у него уже была девушка — Анфиса, с которой они встречались с восьмого класса. Красивая, но очень неприятная по характеру. Её основное увлечение — ходить по магазинам и тратить родительские деньги. Учёба её мало заботила, ей больше нравилось прогуливать уроки и ходить в местный клуб под названием «Клоповник». На людей она обычно смотрела свысока, чувствуя своё превосходство. Когда мы собирались вместе, Анфиса демонстративно закатывала глаза, показывая всем своим видом что ей не интересны темы, на которые мы разговаривали.
Однажды мы все вместе собрались в клуб. Нам было по 17 лет, но проблем с входом не было, так как там работал знакомый Анфисы и Стаса, который нас всегда пропускал.
Мы пришли, и как обычно, сели за свой столик, стоявший в самом углу помещения. Там было не так шумно и людно, и мы могли спокойно общаться и слушать музыку.
— Заходил я вчера к маме на работу.… Там такие медсестрички горячие! В общем,… Я иду учиться в мед! — воскликнул Глеб, обводя руками воображаемые женские формы.
Анфиса демонстративно закатила глаза и громко цокнула.
Мы со Стасом переглянулись и засмеялись.
— Пока ты выучишься, твои горячие медсестрички превратятся в милых бабушек — смеясь, сказала я, и заметила расползающуюся улыбку Анфисы.
— Фу, Эмма! Кто тебя научил так шутить? — скривился Глеб, поправляя рубашку.
— А кто сказал, что я шучу?
— Эмма, мне кое-кто сказал, что ты собираешься на журфак поступать. Это правда? Я просто тоже туда иду — сказал Стас, отхлебнув пшеничного пива.
