— Ладно-ладно. — Успокаивающе проговорил арн. — Перехожу к сути. Рион и лич, с их присными, были не единственными, кто искал адепта Тени. Эйре ведь прекрасно знают, кто создал кристалл Света… И их поиск увенчался успехом. Почти. В отличие от темных, построивших свой дом, фактически, на фундаменте Ушедших, эйре даже предположить не могли, что арны давно утеряли связь со своей стихией. Зато, им достался великолепный, по здешним меркам, маг разума… Знаете, в детстве, я как-то раз видел, как отец, будучи в отъезде, прислал матери гонца. Нет, не обычного человека с посланием. Все было совсем иначе. Просто, однажды, личный слуга матери вдруг подошел к нам, когда мы обедали, и заговорил с матерью голосом отца. Всадник Галл просто взял под контроль разум слуги, чтобы поговорить с супругой. Сам он, при этом, находился ург знает где… Впечатляет?
— Подожди. Ты хочешь сказать, что твой братец способен на такое? — Джорро и Арролд переглянулись. Ну конечно, исследователи, что с них возьмешь? — А ты сам?
— Я? Нет. — Покачал головой Т'мор и посмотрел на Джорро. — Помнишь, когда я только пришел к тебе на учебу, ты восторгался наложенной защитой?
— Ну да, конечно. — Уверенно кивнул Джорро. — Удивительное мастерство. Врожденная защита!
— Так вот, это не защита, это был блок. — Пояснил Т'мор. — Я ведь младший сын, а значит, даже теоретически не должен был быть сильнее первенца. Поэтому, как только супруге всадника Галла стало известно о том, что она ждет второго сына, лучшие маги рода наложили на него сдерживающие заклятья. Обычная практика среди знатных родов того мира. Да, здесь, этот блок снесло, можно сказать, почти без моего участия, спасибо Тени. Но все равно, в овладении искусством магии Разума, я отстаю от брата очень и очень сильно. Конечно, лет эдак через сто, эта разница уже вряд ли будет заметна, но пока… от его атак, меня защищает лишь та же Тень. Кстати, именно для того, чтобы Киннор научился преодолевать природные щиты Тьмы, эйре и понадобились опыты над кромами.
— То есть, сейчас он способен подчинить любого из нас? — Напряжение в голосе Джорро, моментально понявшего, что к чему, заставило вздрогнуть остальных присутствующих.
— Не сразу… — Покачал головой Т'мор. — Вспомни Риона.
Кажется, в последнее время, у Т'мора уже начало входить в привычку говорить и делать что-то, что приводит окружающих в изумление. И нынешнее, несколько обалделое состояние собравшихся в его гостиной друзей-товарищей, подтверждало этот факт как нельзя лучше.
— Поясни. — Джорро поднялся с кресла и, навернув вокруг него несколько кругов, выжидающе уставился на арна.
— Да тут особо и пояснять нечего… — Пожал плечами Т'мор и, повинуясь его мысленному воздействию, из распахнувшегося бюро в углу комнаты вылетела небольшая потрепанная тетрадь и, оказавшись рядом с риссом, зависла, словно в ожидании, когда тот возьмет ее в руки. Что Джорро тут же и проделал. Вопросительно глянув на Т'мора и получив в ответ ободряющий кивок, рисс раскрыл тетрадь, скользнул взглядом по скачущим строчкам рукописного текста и хмыкнул. — Дневник Риона. Тот, который нашел Торр.
— Именно. — Кивнул Т'мор. — Я прочел его весь несколько раз и пришел к выводу, что если отбросить идею сумасшествия бывшего главы клана Рауд и Дома и-Нилл, то в этом дневнике описан чуть ли не весь процесс порабощения разума… с точки зрения жертвы, конечно, в моменты просветления, то есть, отсутствия ментального давления. Сначала мне это показалось глупостью, но если прочесть эти заметки и соотнести их с тем, что творил Рион, как считалось, в приступах безумия, то… вырисовывается очень интересная картина. Достаточно просто наложить некоторые даты его «подвигов» на записи в дневнике. Да вот, к примеру, возьмем тот же костер из книг в личной библиотеке. Сумасбродство? Полное. Вот только к тому моменту в дневнике есть уже не меньше трех записей, в которых Рион прямо напоминает сам себе, что очередной целью «вселенца» являются дворцовые архивы резиденции и-Нилл и карты скрытых ходов, в том числе ведущих к сокровищнице… Где, кстати, на тот момент хранился «наш» осколок кристалла Света. Как тебе такое?
— Хм… ну если допустить раздвоение личности… — Проговорил Джорро, но как-то неуверенно.
