— А если туда пойдут воины? — Медленно протянул змееязыкий правитель. — Их источники слишком слабы, чтобы серьезно повлиять на общее состояние организма, не так ли?
— Может сработать. — С явной натугой проговорил Аирниен и кивнул застывшему в шаге от него молодому жрецу. — Ринден, бегом в храм. Пусть готовят доспехи Света для… Владыка?
— Думаю, десятка хватит… — Задумчиво проговорил правитель, но тут его взгляд споткнулся о спокойно стоящего в центре круга арна, и эйре передумал. — Нет. Пусть готовят все что есть.
— Но, владыка, это же больше полутора сотен доспехов! — Воскликнул молодой адепт, за что схлопотал сразу два о-очень многообещающих взгляда и предпочел скрыться в переходах павильона.
Оказавшись в центре довольно большого внутреннего двора, Т'мор не сразу понял, что происходит. И лишь узрев бьющегося в сияющей сфере Уголька, и выстроившихся по периметру двора адептов Порядка в белоснежных рясах, понимающе вздохнул.
— Вляпался, да? — Кивнул он змею, одновременно вздымая вокруг себя и Уголька полог из чистого Света, и снижая тем самым давление извне. Змей облегченно вздохнул, но тут же понурился, чувствуя вину перед арном. Еще бы, если бы не его жадность… Ну да, да, он пожадничал! Змей завалил разум Т'мора ворохом извинений, на что арн ответил легкой улыбкой. — Ничего, братишка, прорвемся.
Пока арн общался с Угольком, зрителей во внутреннем дворе павильона значительно прибавилось. Теперь, помимо держащих ритуал адептов Порядка, здесь появилось еще не меньше трех десятков жрецов, а через несколько секунд, в распахнутые двери начал вливаться поток закованных в сияющие даже на солнечном свете латы, воинов, вооруженных длинными узкими мечами.
— Кажется, у нас будет хорошая разминка, а крылатый? — Почесал затылок Т'мор, глядя как окружившие гудящий от напряжения купол Света, воины эйре медленно но верно начинают наступать. Эх. Жаль, что Уголька пока невозможно вытащить из этого «пузыря». Для призрачной ипостаси эти вояки были бы ему на один зуб. Т'мор вздохнул и перехватил трость, тут же послушно превратившуюся в мечи. По телу арна пробежала дрожь и на глазах у подходящих воинов, хуман вдруг начал меняться. Увеличился рост, тело покрылось черной чешуей, ногти сменились когтями, а глаза вдруг налились алым цветом. Казалось бы, порождение Ночи должно уже давно корчиться в муках на песке двора от довлеющей над ним силы Света, но монстру, кажется, нет никакого дела до испепеляющей первостихии. Он развел руки с зажатыми в них мечами и отвесил подбирающимся к нему воинам эйре насмешливый поклон, словно предлагая не тянуть время и атаковать. Впрочем, скорости передвижения бойцов правителя, это не прибавило. Так что первые удары Т'мор нанес, не дожидаясь, когда атакующие сомкнут кольцо. Никто из воинов не ожидал такой скорости от противника, а потому атака арна стала для некоторых из них последним в жизни поводом к удивлению. Рывок вперед, через два десятка метров и первые три тела упали наземь, орошая белоснежный песок алой кровью. Не дожидаясь, пока воины очухаются, арн бросился в сторону и его мечи рассекли еще одного воина. Только после этого, эйре начали реагировать. В круг вошла следующая волна воинов, ринувшаяся на подмогу своим соратникам, и внутренний двор летнего павильона потонул в скрежете стали, криках боли и предсмертных хрипах.
