– Помню, – кивнул Альк, – А ещё учила, что дорогу можно поменять!
– К сожалению, не каждую, – уронила Рыска, – Эту нельзя... – сдавленно, стараясь не расплакаться, заключила она.
Сын на миг нахмурился, а потом с вызовом, в точности, как отец, вскинул голову и сказал:
– А я всё равно буду его ждать!
====== Часть III Глава 22 ======
– И что с ним такое? Неделю уже не жрёт ничего! – раздражённо бросил слуга, поставив на стол поднос с нетронутой едой.
– Может, заболел? Ты спрашивал? А то довезём вместо посла труп, вот нас его величество похвалит! – закатил глаза кухарь.
– Его спросишь, – вздохнул слуга, присаживаясь за стол, – Молчит целыми днями. Хоть бы позвал зачем... Сидит в своей каюте, читает что-то постоянно, что днём, что ночью. Такое впечатление, что он вообще никогда не спит. А позавчера? Такой шторм был, что капитан – и тот чуть не обделался, а этот и ухом не повёл. Так и просидел до самого конца за столом с книгой. То ли выдержка у него такая железная, то ли крыша от одиночества совсем съехала.
Дверь на корабельную кухню скрипнула, впустив помощника капитана. Тот быстро уловил суть беседы и включился в разговор.
– А, вы вон о чём? – проговорил он, – Так господин посол у нас – путник. И если б не он, то мы с вами, господа хорошие, и в самом деле бы давно рыб кормили. Он так уже не один шторм отвёл. Понятное дело, что и бояться ему нечего. Он всегда знает, что будет.
Кухарь со слугой переглянулись. К путникам они привыкли относиться со священным ужасом, но за почти два месяца пути ничего необычного не произошло. Кроме того, что посол постоянно сидел в каюте один, во всём остальном он вёл себя как обычные люди. Да и деталь одна была неясна:
– А где ж его крыса? – сообразил вдруг слуга. – Я сколько раз убирался в его каюте, так никогда её не видел!
– Вот чего не знаю, того не знаю, – покачал головой помощник, – Есть, наверное, прячет где-нибудь, чтоб не попортили.
– Или ты так убираешься, – хохотнул кухарь, глядя на слугу, – Пыль по углам раскидал, а крысы тебе как шли, так и ехали. Разбежались по щелям – и ладно, мороки меньше.
– Да ну тебя! – обиделся слуга, – Может, это ты у нас крыс не замечаешь, а то и в жаркое добавляешь, поэтому господин посол и от еды отказывается. А я их боюсь! Не заметить никак не мог. Нет у него крысы, честью говорю. Да пойдите сами посмотрите!
Кухарь отрицательно покачал головой.
– Пойдёшь к нему! – разочарованно – любопытство-то заело! – сказал он, – Он и из каюты-то не выходит.
– Почему? Он выходит, – удивил собеседников помощник, – Он каждую ночь на палубе мечами машет, в любую погоду. Тренируется. Да как! Засмотришься! Я на параде такое видел. Он к ребятам из команды обращался – пару ему в занятиях составить, так все отказались.
– Почему?
– В штаны наложили, ясное дело, – усмехнулся помощник.
– И ты? – поддел кухарь.
– Да я-то особо и не вояка, – махнул тот рукой, совершенно не собираясь обижаться, – Стрелять – это да, умею. А меч, хоть и один, еле держу. Если только попугать того, кто не умеет, сгожусь. А такое увидевши, и правда сто раз подумаешь, стоит ли лезть на рожон... Ладно, поговорили хорошо, а теперь дайте мне пожрать, мастера поварёшки, – добавил помощник, присаживаясь за стол, – А то мне вахту сегодня стоять, я ещё поспать хочу.
*
Альк и правда не хотел есть, как обычно, в моменты переживаний. А переживать стоило, потому что дурацкий иргемаджинский язык в голове у него никак не укладывался, а плавание, по словам капитана, уже подходило к концу. Не сегодня – завтра на горизонте покажется берег, путь к которому занял почти два месяца. И за эти два месяца он смог запомнить лишь несколько фраз, да ещё полсотни слов, которые ну никак не хотели складываться в предложения. Всё это здорово злило Алька, потому что он привык, что всему и всегда легко учится, а тут такая незадача. При таком уровне знания языка разговор вряд ли получится. Оставался, конечно, шанс, что у принимающей стороны найдутся свои толмачи. Но если ему так тяжело дался их язык, то напрашивается вывод: там ведь тоже могли сломать зубы о саврянский. Единственное, что радовало господина посла – это то, что миссия не тайная, а то бы вообще впору сойти с ума.
Альк ехал в Иргемаджин с совершенно чётким и определённым заданием: позвать союзников на войну.
В последние три года нападения на Савринтарское тсарствие участились, причём откуда ждать беды, было порой совершенно непонятно. Враги приходили теперь то с севера, то с юга, то с востока, а иногда случались заварушки прямо внутри страны – там, где находились недовольные правлением Шареса (Честно говоря, Альк считал политику государя излишне мягкой, ибо народу ну никак не жилось без плетей и казней!).
