Рыска во все глаза смотрела на Алька. Впервые она видела его таким. Он повернулся к ней весьма неожиданной стороной. Оказывается, у него тоже есть и страхи, и сомнения. Вернее будет сказать, об этом она всегда знала: ведь он живой человек. Но никак не могла подумать, что он предложит ей руку и сердце. А та горечь, с которой он говорил о своем предчувствии лишь прибавляла событию прелести. Рыска молчала, не зная, что сказать. Конечно, вне всякого сомнения, она была согласна. Но это, похоже, само собой разумелось, так что об этом говорить?
— Жаль, ты утратила дар, — посетовал Альк. — Вместе можно было попробовать вытянуть лучший жребий.
— Я всё равно не стала бы этого делать, Альк, ты знаешь, — возразила Рыска.
— Почему?
— Потому что тогда тебе было бы очень больно, а может быть, ты бы и погиб.
Альк понимал, что она права. Но почему-то был уверен, что будь у нее дар, он непременно уговорил бы ее попробовать, даже осознавая угрозу собственной жизни. Что-то он вообще себя не узнавал в последнее время…
— Что об этом говорить? — вздохнул Альк. — Такое в принципе теперь невозможно. Ты потеряла дар, а одному нечего и пытаться… — он помолчал. – И, наверное, в самом деле, на этот раз я надорвался бы до смерти. Зато не достался бы другой! — мрачно пошутил он.
— Что ты такое говоришь? — с дрожью в голосе воскликнула девушка.
— А что такое? — уже в своей привычной манере ухмыльнулся Альк. — Могла бы гордиться: так любила, что никому не отдала. Хотя, какая разница: мёртвый, но твой, или живой, но чужой? — он вздохнул, потянулся всем телом и, сцапав Рыску, снова заставил её прилечь и прижал к себе.
Девушка фыркнула, переваривая сказанное.
— Ничего себе, какая разница! — сказала она наконец. — Это что ты имел в виду: взять и убить тебя, лишь бы другой не достался?
Альк хмыкнул.
— Ну не то, чтобы так грубо… Но многие так и сделали бы. Точнее, все, кроме тебя.
Рыска в первый момент хотела вскочить, взвиться, начать что-то доказывать. Но у нее сил на это не нашлось. Да и просто не хотелось вырываться из Альковых рук. Поэтому она лишь тихо, почти шепотом, сказала:
— Наверное, поэтому здесь с тобой сейчас я, а не другая.
Он вздохнул, крепче прижимая её к себе, но промолчал, как обычно в подобных случаях. Всегда таким был… Легче сделать, чем сказать.
— Если мы расстанемся, Рысь, — произнес Альк после паузы, — то я бы не хотел, чтобы ты меня проклинала.
— Проклятья боишься? — слабо попыталась пошутить Рыска.
— Нет, — со вздохом ответил он. — Хочу, чтобы ты меня таким запомнила, как сейчас, а не сволочью, которая тебя использовала и бросила.
Рыска совсем удивилась: от Алька подобных слов слышать ей еще не приходилось.
— С каких пор ты таким стал? — недоуменно спросила она.
— Я всегда таким был, — просто сказал саврянин. — Но не каждому можно это знать…
— Мне, значит, можно?
— Значит, можно, — согласился он со снисходительностью в голосе, но при этом снова крепче прижимая девушку к себе.
— А с другими ты почему так себя ведёшь?
— Жизнь такая… Она нас подчас делает такими, что и сам себя потом не узнаешь. А жестким и циничным живётся проще. Только и всего.
Рыска и раньше-то боялась представить их расставание, а теперь при мысли об этом у неё мурашки по спине побежали — после таких слов.
— Ты и со мной себя так ведешь, — тихо произнесла она.
— Если нам судьба быть вместе, то больше не стану, — пообещал он таким тоном, что не поверить в это было ни под каким видом невозможно. А потом еще и в висок ее поцеловал — с невероятной нежностью. И Рыске стало ещё горше при мысли о разлуке. Она молча и как можно незаметнее вытерла слёзы и попыталась успокоиться.
Помолчав десяток щепок, она спросила, лишь бы сменить тему:
— Альк, а ты в Пристань больше не вернёшься?
— Не знаю, — честно ответил он. — Теперь, если вернусь туда, в любом случае путником буду, точно знаю. Только мне это стало неинтересно, как прочитанная книга. Хотя это даёт власть… Дар, опять же — не тратить же впустую. Не знаю, как получится…
Рыска все никак не могла справиться со слезами. Мысли лезли в голову — одна печальнее другой.
— А к дедушке своему… поедешь ещё? — совсем уж тихо спросила Рыска.
— Зачем? — устало спросил Альк.
— Он наверняка тебя ждёт… — она шмыгнула носом.
— Какая теперь разница? — вздохнул белокосый. — Тем более, я с ним уже… попрощался.
Рыска обхватила Алька руками и пристроила голову у него на груди.
— Можно тебя попросить? — спросила она.
— Можно, — пожал плечами Альк.
Она глубоко вздохнула.
— Я не знаю, сколько мы пробудем вместе, — начала она, — может быть, через лучину уйдёшь, и больше не увижу тебя… Так вот, когда мы расстанемся, навести своего дедушку. Попроси у него прощения… Хотя бы за меня, если за себя не можешь.
— Рысь, ты чего? — удивился Альк.
— Пожалуйста, — прошептала девушка, и он лишь почувствовал, как по его груди потекли теплые слёзы. Как будто летний дождь начинается…
