– Что ж, я буду ждать, – сказал Альк наконец. Помолчал ещё немного и сменил тему, – Скажи, Марина, а ты откуда так хорошо знаешь мой язык? Я думал, что придётся объясняться самому, – признался он.
– А вы умеете? – в голосе её послышалась легкая ирония.
– Я пытался учить ваш язык, но он очень сложный, – уклончиво ответил посол.
– Да, иргемаджинский язык очень сложный, – согласилась Марина, – Ваш намного проще. Но я училась ему с детства, родители готовили меня... Впрочем, это неважно, – на лице девушки отразилась лёгкая досада, – Пока я служу у светлейшего переводчицей, но зато могу практиковаться в языках. Я знаю их четыре, кроме родного, в том числе ваш второй государственный – ринтарский.
Альк усмехнулся.
– А почему обратилась ко мне именно на этом? – спросил он.
– Я ведь и историю вашу изучала, и культурологию, – сказала Марина, – Мне известно, что ваше тсарствие объединилось совсем недавно, а раньше были Саврия и Ринтар – отсюда и два государственных языка. У вас внешность саврянина, и я решила, что логичнее было бы обращаться к вам на этом языке – так вам будет проще.
Альк снова промолчал, но признал, что в уме девушке не откажешь.
– Единственное, во что я не могла поверить, – продолжала тем временем Марина, – так это косы. Я просто не представляла себе светловолосого мужчину с двумя косами! Такая странная традиция... Извините за бестактность, господин посол.
В её голосе не было ни насмешки, ни издёвки – только удивление. Так реагируют, увидев какое-нибудь диво, что-то такое, что не укладывается в голове. И потому он спросил:
– Ну и как тебе?
– Вы о чём? – не поняла она.
– Как тебе мои косы?
– Мне? – недоуменно спросила Марина, – Я разных послов повидала, мне не привыкать к их необычной для нашей страны внешности...
– Я не это имел в виду, – перебил её Альк, – Тебе как женщине такое нравится или нет?
Марина как-то плотоядно взблеснула глазами, хотя тут же и отвела их. Однако вслух сказала:
– Для меня это странно, я повторяю, – она снова посмотрела прямым взглядом Альку в глаза. – То, что я видела на гравюрах в книгах, мне не нравилось, а вживую я раньше ваших соотечественников не встречала. Но лично вам, господин посол, ваши косы очень идут, и, думаю, со мной согласится здесь любая женщина.
– Спасибо, – польщённо сказал Альк.
Разговор свернул на другие темы, но до самого конца поездки Альк кожей ощущал интерес девушки к своей персоне. Однако вела она себя безупречно, не считая бросаемых исподтишка взглядов. Будь он у себя на родине, Альк знал бы, что делать. Но здесь... Он, конечно, ознакомился с традициями и законами страны, но мало ли, может быть, тут как и в их языке, много непонятного, такого, чего за пару дней не постигнешь?
Среди прочего посол узнал, что мужчины и женщины Иргемаджина равны в правах. Но как именно? Может, это только к политике и устройству государства относится?..
Всё дело было в том, что девушка его тоже привлекала. Но как было сказать ей об этом и стоило ли вообще это делать, Альк пока не понимал, хотя и чувствовал: стоит только начать этот разговор, и остановиться только на словах уже не получится.
Дворец, выстроенный из светло-зелёного, слоистого камня, был огромен и величественен. Под его сводами Альк ощутил, наконец, долгожданную прохладу.
Ковров здесь не было, и это показалось ему правильным: в таком климате чем больше тряпья, тем жарче и больше пыли.
Марина поговорила со служанками на своем языке, утвердительно кивнула несколько раз и повела Алька за собой, вверх по лестнице на третий этаж, гулкими прохладными коридорами, довольно светлыми, с мозаичными стенами и полом, в гостевую часть дворца.
Покои, предоставленные господину послу, были настолько шикарны, что избалованный с детства роскошью, Альк остался очень доволен: что греха таить, красиво отдохнуть он всегда любил.
– Располагайтесь, господин посол, – с улыбкой произнесла Марина, – Я пришлю ваших слуг, так вам будет удобнее. Здесь есть всё, что вам может понадобиться. На счёт обеда я уже распорядилась, его подадут через лучину. А если захотите чего-нибудь ещё, обращайтесь.
– А как мне тебя найти? – спросил Альк, снимая с плеч ножны с мечами.
– Вот колокольчик, – она указала на комод при входе. – Позвоните. Приду либо я, либо служанка.
– Интересно! – возмутился Альк, уже окончательно уверовавший, что его скудные познания в иргемаджинском вряд ли здесь помогут. – А служанке я что должен сказать?
– Просто произнесите “Марина”, и она меня позовёт, – девушка снова улыбнулась.
Тут кто-то постучал в дверь, Марина выглянула в коридор, о чём-то поговорила со слугой, а потом нахмурилась и снова обратилась к Альку:
– Извините, господин, я вынуждена покинуть вас, – сказала она, – Прибыло другое посольство, о котором я вам говорила. Требуется моё участие.
Альк и себе бы не признался, но у него сердце упало от такого известия. То ли он переживал, что его не поймут, то ли...
– У вас тут что, других переводчиков нет? – спросил он тихо, склонив голову на бок.
