— Знаешь, что со мной, Жар? — спросила она настолько громко, что никто в заведении не мог её не услышать. — А я скажу, — тут как раз напуганная служанка принесла ещё три кружки, и Рыска с готовностью схватила одну из них и опять выпила, не почувствовав. Альк ей не мешал, рассудив, что хуже уже не будет.
— Пять, — сосчитал Жар.
— А со мной то, что ты слишком рано ПРИПЁРСЯ! — с нажимом на последнее слово сказала она. Сожаление об упущенном моменте, помноженное на алкоголь, затмило всё на свете — даже многолетнюю дружбу. — Ещё бы десять щепок — и этот бессердечный тип признался бы мне в любви! Да-да, — кивнула она Альку, — и плюнул бы на всё: и на жену, и на родню… Остался бы со мной. А ты ПРИПЁРСЯ и всё испортил… — со вздохом заключила Рыска. Ей было уже не грустно, не обидно… Вообще никак.
— Я могу и уйти, — обиделся Жар.
— Не, уже не надо, — беззаботно отказалась Рыска.
Жар хотел переставить оставшиеся кружки на другой край стола, но девушка опять оказалась проворнее: схватила одну, выпила, икнула.
— Шесть! — торжествующе заявила она.
— А теперь слушай, — обратилась она к саврянину, — как же ты мне надоел! Ненавижу, а бросить не могу! Правда, надо было ещё крысой в кусты зашвырнуть, к Сашию. Жаль, не смогла… Ик!.. Вот скажи, ты зачем ПРИПЁРСЯ? Чего тебе в своей Саврии не сиделось?
— Успокойся, — тихо и очень зло прошипел Альк. Глаза его метали молнии.
— А ты мне кто, чтобы успокаивать?
— Альк, не надо, она пьяная! — с ужасом, зная, на что способен саврянин в бешенстве, предостерег Жар.
— Я тебя четыре года забывала, почти забыла, а ты опять? — прокричала Рыска, наклоняясь вперед. — Ты сколько ещё собираешься мне нервы мотать? Уезжай ты уже… — она шмыгнула носом. — И не приезжай больше, — тише и спокойнее добавила девушка. — Всё героя из себя строишь, а ты не герой! Ты приспособленец! Ещё какую-то дуру окрутил. Она там живёт спокойно и не знает, что её благоверный творит, чем занимается! ИК!
— Молчи, я сказал! — рявкнул Альк, саданув по столу. Как бы ни был он зол, воспитание не давало ему и пальцем тронуть девушку.
— А то что? — с вызовом спросила Рыска. — Что ты можешь мне сделать? Чем напугать? Мне и так хуже не придумаешь! Унизили меня вместе с папой своим — дальше некуда. Думаешь, я не поняла? А я поняла! Ты же сам меня саврянскому учил! «Вывести девушку из вески можно, а веску из девушки…» Ик! Так или нет? — она снова кричала.
— Это он сказал, а не я!
— А ты? Ты что сказал? — тут же нашлась Рыска. — А ничего! Особенно на следующий вопрос, — она всхлипнула и закрыла на миг лицо. — Ты промолчал, — вздохнула она, — и сейчас молчишь, потому что знаешь, что я права. А тогда, — она усмехнулась, — даже искать меня не поше-о-о-ол! Ушла — и слава богам! — Рыска встала, убрала стул, накинула шубу, раскачиваясь, как берёза на ветру, сделала два шага, обернулась и с горечью добавила, — а сейчас ты просто удачно попал, — она глубоко вздохнула, борясь с дурнотой. — Чем плохо? Замёрз, устал, без крыши над головой остался, а тут такая возможность: ужин, постель, тело под бочёк — и всё бесплатно! Никто б не отказался… И ты такой же! — ткнула она пальцем в Жара. — И вообще, все вы, мужики, начиная от папаши моего — коз-злы! Только брать можете, — она сделала ещё несколько пьяных шагов в сторону двери и рухнула между столами.
— Ой, кошмар! — Жар закрыл лицо ладонью.
— Подержи, — Альк вручил другу свои мечи.
А сам поднял Рыску с пола легко, как пёрышко, забросил на плечо и вышел на улицу. Жар, ни на кого не глядя, бросил на стол горсть монет и вышел за ним.
В ту же щепку кормильня наполнилась гомоном: посетители со смаком принялись обсуждать увиденное.
— Как ты их все время носишь? — спросил Жар у Алька, поудобнее перехватывая мечи. — Они ж как оглобли! И холодные, заразы!
Альк смерил его странным взглядом, но промолчал.
— Куда теперь? — кивнув на Алькову ношу, спросил Жар.
— Да туда же, где ты нас встретил. Не в Пристань же мне её такую тащить, — Альк тяжело вздохнул, нахмурившись. — Поройся у неё в карманах, ключ там… — добавил он таким спокойным голосом, что Жара озноб пробрал: так спокойно саврянин говорил только тогда, когда был разозлён до предела.
— Альк… а ты что с ней делать собираешься? — с ужасом спросил бывший вор.
Тот хмыкнул.
— Не волнуйся. Тебе нечего бояться. Всё, что мог — уже сделал, — произнёс Альк и замолчал до конца пути.
В квартире Крысолова Альк сначала удивился наступившему порядку, но потом всё понял, кивнул своим мыслям: конечно, приходила экономка, прибралась, камин затопила.
Рыску Альк сгрузил на кровать, снял с неё шубу и сапоги, укрыл одеялом. Жар топтался рядом, словно чуя: он уже не тот в их коалиции. Теперь Альк для Рыски намного ближе: как муж. И главнее.
Покачав головой, саврянин отвернулся от спящей девушки и протянул руки за мечами, которые Жар так и не решился никуда положить.
— И ведь сколько я раз говорил, что ей пить нельзя! — со вздохом произнёс Жар, лишь бы что-нибудь сказать, хоть немного поддержать Алька. — Раньше она хоть слушалась, а как родила – всё! Взрослая стала…
