— Тогда “гнев Терры”, так как труды и изобретение этого оружия принадлежит прародине, — отрезал я. — Кстати, довольно комично описывалось создание, точнее придумка этого оружия, — припомнил я.
— Комично? — недоумённо прогудел Редуктор.
— Ну да, я читал легенду, что его создали, после исследования ряда взрывов на мукомольных мельницах, — слегка улыбнулся я. — Мучная пыль, по легенде, детонировала от открытого огня, а взрыв разрушал здание.
— Мука? Из злаков такая? Для лакомства “хлеб”? — уточнил магос, а после моего кивка я лицезрел поразительную картину: Редуктор хихикал, механически попискивая. — Да, вы правы, Терентий, изрядно комично, — выдал он через минуту. — Технически несложно, эффективность очевидна, так что займусь. Только прометий…
— Закончим тут, заправимся по пути, не думаю что отклонение к ближайшей добывающей планете сильно скажется на наших планах, — заверил я. — Правда перехватывать Сигму надо будет на обратном пути.
— Это не проблема, Терентий, — заверил магос. — Все необходимые расчёты я провел, так что вопроса с местом перехвата не возникнет.
— Что ж, отрадно, — констатировал я, откланявшись.
И связывался насчёт бомбардировок с Феликсом. Последний от идеи в восторг не пришёл , но когда услышал о “высотных бомбардировках”, согласие дал. И, кстати, “Мельница Терентия” (гадский Редуктор! Отомщу как-нибудь!), показала себя выше всяческих похвал. Проваленный штурм крепостей ударными кулаками ксеносов, рейды бронетехники и, не в последнюю очередь бомбардировки, привели к тому что на планете к моменту прибытия подкрепления оставалось не более полутора сотен тысяч погани. Которую прибывшие полки и полноценная авиация за неделю благополучно истребила, а оставшиеся одиночки будут забавой для огринов.
Смущенно попросившийся “деревню навестить” Джон был отпущен, а через сутки меня накрыло ещё одним, причём мощным потоком молельного ветра, уже с планеты. Ну и хер бы с ним, пригодится, решил я, сбрасывая непрошеные световые эффекты.
А мне оставалось распрощаться с соратниками и, наконец-то, заняться Странником. И Джоном, напомнил я себе так и не решённый вопрос с его псайкерством. И пара припёртых космодесантниками эльдаров томятся в темнице — реально, забыл о них, да и не понадобились. А два извинения, с печатями и на пергаменте, убрал в рамочку. Пусть стену украшают, да.
И Кристина, не перестав выкать, стала по утрам приносить “завтрак в постель”. Ну это неплохо, но надо бы о наших взаимоотношениях серьезно подумать, потому как взаимоприятный секс и дружба, это одно, а она… а вот чёрт знает, чего хочет и к чему стремиться, надо узнавать, заключил я.
Уже на орбите, пока полковник ВаИО командующего силами гвардии набирал и организовывал нам потребное, я сидел в кабинете коллеги, в компании его самого, Франциска и адмирала. И, помимо планирования просвещался.
Дело в том, что я зная, что уверенно смогу почувствовать “души” на сотне километров, считал что это ерунда. Однако оказалось что “всё не так”. И космические сражения на тысячах километров были фантазией фантастов (или же технология и топология мира моего пребывания были таковы, чёрт знает).
— Космический бой, Терентий, — вещал Франциск под кивки Сигизмунда и адмирала, — начинается на расстоянии тридцати километров. Эльдары, за счет лазеров-пульсаров начинают несколько раньше, на сорока, но не более.
— А с чем это связано? — резонно полюбопытствовал я.
— Ну как бы вам объяснить… а куда вы будете целиться? — взял слово адмирал. — Даже тяжёлый линкор на расстоянии полусотни километров — песчинка в космосе. Отклонение в долю градуса наводки — и промах, никакие прицельные приспособления и вычислители не помогут. Самая быстрая торпеда будет на таком расстоянии обнаружена и почти гарантированно сбита. Вдобавок, сила лучевого оружия ослаблена, кинетическое получает ошибки наводки…
— В вакууме? Ошибки наводки и ослабление лучевого оружия? — усомнился я.
— Ну да, дифракция и гравитация колодца звезды и других центров масс, — ответил железный Феликс. — Уже на десяти километрах это чувствительные факторы.
— Хм, значит моя чувствительность более чем достаточна, — подытожил я.
— Безусловно. Особенно учитывая то, что “Пытки” эльдарские суда, пользующиеся скрытностью голографических полей. Даже если не учитывать ряд особенностей “Сломанной Печати”, из-за которой они скорее всего будут готовиться к абордажу, что в свою очередь, ведет к ещё большему сближению, для поражения не судна вообще, а уязвимых частей оборудования. Соответственно, судно под скрытом в классическом случае подходит на расстояние километров в двадцать, выравнивает скорость и производит массированный залп. А в нашем случае, десять-пятнадцать, — выдал Сиги.
— Так и тараны выходят не для красоты? — спросил я, после чего на меня посмотрели как на идиота все трое.
