— Пробка, а за ней лаз без крошева, — озвучил он. — Органика какая-то, — констатировал он, оглядывая темно- зелёные подтёки .
— Лазпистолет, — вдруг произнес один из штурмовиков в вокс-канале, вытягивая обозначенное из ледяного крошева. — Отблеск заметил, — пояснил он.
Лазпистолет был типичным, гвардейским, широко использующимся в танковых войсках. Остановив жестом Шека я призадумался. Выходит, “потеряшки” терялись именно здесь. Но живого в округе нет, на километр минимум.
— Не чувствуешь отсюда ничего живого? — ещё раз уточнил я у Кристины.
— Органика есть, но мёртвая. Разве что вирусы, бактерии и подобное, — через полминуты ответила она. — И не господина мора , простых, обычных, — уточнила она. — они не несут отпечатка в варпе, заметного, ну а от холода не умирают, — продемонстрировала она, что не зря занимается. — Но точно никого сложнее. Даже амфибий и рептилий способных оттаять я бы почувствовала, они несут слабую, но заметную тень, если живы, — дополнила она. — И ни демонов, ни их следов.
— Мда, все мёртвые , а потеряшки сами сюда залезли и залепили этой пакостью выход за собой, — констатировал я. — Ладно, Шек, ломай пробку, всем быть бдительными.
После преодоления пробои лаз расширялся, можно было стоять. Подумал я, да и активировал грозовые когти. Шек последовал моему примеру, штурмовики так же приготовились, что, впрочем, не слишком помогло. Дело в том, что минут через пять нашего путешествия по пологому склону, с потолка, пробив лёд к нам метнулись шесть когтистых лап. Первая, которую я рефлекторно поймал рукой, пробила мне ладонь шипом, растущим из лапиной ладони и сцепилась с грозовыми когтями. Две я, чуть повернувшись, удачно срезал свободной рукой, они явно целились в Кристину, а парная меня “ наколовшей ” и ещё две лапы застучали по пустотному щиту.
И живой, но какой-то блеклый, просто без тени в варпе, констатировал я в ускоренным сопроцессором состоянии. А пока не проявил себя активной деятельностью, ничем не отличался ото льда. И что это за НЕХ такой, который явно не демон, которому не нужно дыхание, который, варп его подери, проявляет активность при минус сотне градусов? Впрочем, сейчас разберемся, решил я, отослал всем в вокс-канал “не вмешиваться и не стрелять”. Держа лапу зафиксированной, второй рукой с когтями отловил момент на противоходе и обрубил две “слабые” конечности, а спустя секунду и парную той, с которой у меня было “рукопожатие”. Атмосферы для передачи звука не было, но “рукопожатная” лапа завибрировала, очевидно, передавая рёв твари.
Подогнув ноги, я “выдернул” из потолка уже однолапую тварь. Хм, прикинул я, шмякнув её об лёд. Треугольная морда с рядом игольчатых зубов, раздутая затылочная часть, полупанцирь на туше, при условно-гуманоидной форме тела. И пластина на лбу. Блин, на чужого похож, пакость такая, подумал я, но тут вокс принес крик Кристины: “варп!”
Вижу, отмыслеэмоционировал в свете и ветре я, рвя странную, нетипичную , серо-прозрачную нить света исходящую от ксеноса. Вот же пакость то какая, да и рука болит. Живым его что ли взять? А попробую, подумал я, отхватив лапу.
Кристина тут же подбежала ко мне и начала тыкаться биомантией в поврежденную руку, на что я ответил благодарной эмоцией и не преминул поблагодарить личным обращением (ну, раз уж её важно “говорить”). На прижатую моим сапогом ко льду пола тварь народ смотрел с разными, но негативными эмоциями, впрочем, мой приказ “не вмешиваться” исполняли. А я пытался вспомнить, где раньше я видел подобную ряху, гадкую, противную, но что-то царапающую в памяти.
— Блять, — в голос озвучил я “всплывшие воспоминания.
— Что-то случилось, Терентий? — спросил Эльдинг.
— Да. Они, сука, уже здесь, — не думая ответил я, пробираемый мурашками.
— Кто? — последовал недоуменный вопрос на несколько голосов.
— Великие пожиратели, — всё так же бездумно ответил я, — погибель миров.
Потому как рожу эту поганую я видел, в статье сравнивающей тиранидов и зергов. И приводилась она как одно из самых опасное оружие первых: заразители, инфильтраторы в миры, создающие ячейки, проводящие диверсии при приближении их кораблей. Генокрады, или что-то вроде того, чёрт знает, почему так.
— Кристина, полностью проверь раневой канал, кровь на любые включения. Бактерии, вирусы, всё нетипичное что могло проникнуть в тело, — бросил я. — Всё что обнаружишь — уничтожь, — бросил я, отключая “естественное сопротивление” в рамках тела.
— Сделано, Терентий, — через пару секунд ответила она. — Но у вас будут проблемы с пищеварением.
