Наставник, казавшейся мне довольно взрослым и рассудительным человеком, громко засвистел, словно соловей разбойник, вложив в это всю мощь своих легких, и помчался галопом вперед, мы ошарашено смотрели удаляющемуся в даль наставнику, а когда мимо нас на полном галопе пронеслась Ульра, с каким-то огоньком в глазах и волчьей улыбкой, мы с парнями рванули за ними.
Даже такая приличная фора не помогла не Ульре, не Экгану, я лишь скомандовал Смоуку, перейти на галоп, и слега тронул его бока сапогами, как он, почувствовав свободу действий, тут же сорвался с места, оставляя позади снежных кобылок, а после и Урука, с его крайне удивленной хозяйкой, и стремительно сокращал дистанцию с Экганом. Впереди, как и говорил наставник, замаячила что-то ограждённое высоким забором, приблизившись к которому, стало ясно, что это частокол. Когда Заречная стала уже различимее, и даже стали видны какие-то силуэты, похожие на людей, наши с Экганом кони шли ноздря в ноздрю, причем наставник, подстёгиваемый спортивным азартом, подгонял Фрита, не жалея бедного коня. Из-за клубов пыли, что мы поднимали, нас наконец заметили, стражники, дежурившие возле ворот, переполошились, оно и понятно, на них, на полном галопе мчалось пять неизвестных всадников, причем не понятно с какой целью.
Обогнав Экган, я продолжал мчаться, чувствуя свободу, поток воздуха бил мне в лицо, это было прекрасное чувство, свежий лесной воздух, вперемешку со сладким цветочным запахом, исходившим от растущих на полянках, между дорогой и лесными проплешинами, красных, черных, желтых и белых цветов, настолько вскружил мне голову, что тело мое прибывало в некой эйфории. Позабыв об осторожности, я привстал на стременах, думая, что теперь могу все в этом мире и страх мне не ведом, но пожалел о своем безрассудстве.
Когда до ворот оставалось около пяти километров, я вспомнил, что коня нужно затормозить, но добрые стражи, любезно мне в этом помогли. Наконец отойдя от полного шока, они выхватили из-за поясов мечи и выставили их вперед, надеясь таким образом хоть как-то защититься, от несущегося на полной скорости адского коня, которому любое оружие, что слону зубочистка.
Смоук оказался умнее хозяина, хоть он и был боевой, да к тому же не боявшийся порезов, он не стал влетать на полном ходу в ряды бравых стражников и устраивать бойню, когда до меча оставалась двести метров, Смоук резко затормозил, уперевшись всеми ногами в перед, проехал таким образов с десяток метров, а после, каким-то чудом еще и встал на дыбы. Ну а я, не имея должной опоры, из-за своего выпендрежа, вначале рванулся вперед, ударившись головой о мощную шею коня и оцарапав щеку об один из его шипов, а после на полной скорости улетел назад и рухнул спиной на землю. Из глаз полетели искры, боль разлилась по всей спине, а после перешла и на буйную голову. Я лежал на земле и помутневшим взглядом смотрел в небо, попутно осознавая, что могло бы случиться, если бы Смоук не затормозил.
Когда перед глазами перестали летать звезды и четкость зрения начала возвращаться, я увидел нависающего надомной Смоука, взмыленного и хрипящего, он смотрел мне прямо в глаза, при этом активно шевеля ушами. Когда создание ада поняло, что хозяин пришел в себя, наклонился, и будто пытаясь загладить свою вину, начал меня облизывать свои горячим языком. Отмахнувшись от него, я с трудом принял сидячие положение, голова гудела, а органы, словно трижды перевернувшиеся, стали отдавать пульсирующей болью, все вокруг плавало, подступала тошнота, а про боль по всей спине, на которой явно будет хорошая гематома, и говорить нечего.
Стражники, не понимающие, что сейчас вообще произошло, неуверенными шагами вначале приблизились к коню, который злобно на них оскалился, а после, обойдя его на приличном расстояние, подошли ко мне.
- Эй парень, – дрожащий голос принадлежал молодому парню, не старше меня, одетому, как и все стоящий здесь старжники, в легкую кирасу, шлем, явно для него большой, кожаные плотные штаны, с небольшими потертостями, и высокие сапоги, перепачканные грязью, в дрожащих руках он держал блестящий на солнце фальшион, – ты в порядке, встать можешь?
Кивнув, словно пьяный, я встал в начале на четвереньки, получив острые ощущения от спины, после на колени, усилив боль в отбитых почках и ногах, а уже из этой позы смог подняться, придерживаясь одно рукой за взмыленный бок коня. Ноги были ватными, голова еще больше закружилась, а рвотный позыв стало еще трудней сдерживать, но в целом я был в порядке, ничего вроде не сломал и ладно.
- Ты со всем что ли идиот, – второй голос, хриплый и чуть натужный принадлежал, старому вояке, с лысой головой, черными усами и легкой небритостью на остальной части лица, – ты решил, что на полном ходу, сможешь лбом ворота открыть?
- Да нет, он просто меньше недели в седле, вот и не справился, – голос Экгана раздался где-то из-за спины, – прости его Чури, он не со зла.
- Мне от этого не легче, – буркнул старый стражник, – мы его и убить ведь могли или он нас, вон у него конь какой грозный, шипами весь покрыт.
