К гибэдэдэшнику подошли двое парней.
– Разговор есть, – сказал один из них, а потом что-то еще негромко добавил.
Майор мотнул головой, приглашая переговорщиков сесть к нему в машину.
– Эти все уладят, – шепнула мне на ухо все та же девица с клоком розовых волос.
– С чего ты взяла?
– Так один из них сын прокурора. Думаешь, почему гонки до сих пор не разогнали?
– Не знаю, – я пожала плечами.
– Здесь такие люди стресс снимают, что трогать их никто не смеет, а менты так для порядка сюда периодически приезжают. Сейчас сынок Покровского прочистит майору мозги, и тот укатит отсюда без всяких протоколов. Кстати, меня Яной зовут. А тебя?
– Олей, – я проглотила первый звук.
Яна не ошиблась – никого штрафовать полицейские не стали, но велели свернуть гонки. Следующий этап ралли был перенесен на неопределенное время.
– Оля, подкинешь подругу по несчастью до города? – спросила Яна.
– Какому еще несчастью? – не поняла я.
Девушка оглянулась на «Феррари» и прокомментировала:
– Нас с тобой продинамили из-за этой Дюймовочки. Разве не обидно?
– Мне – нет. Было бы из-за чего переживать, – я легкомысленно махнула рукой. – Мало ли свободных мужиков? С этим не получилось, с другим получится. Садись.
Яна с радостью запрыгнула в салон моего «Мини-Купера».
– А мне Костик, как только я его здесь увидела, сразу понравился. Понаблюдав за ним, я поняла, что на какую-нибудь дурочку он не клюнет, поэтому решила заговорить с ним на мужскую тему…
– Яна, а знаешь, чем Константин занимается? – поинтересовалась я.
– Ну, он учился в Лондоне, а его отец какой-то крупный бизнесмен…
– Бизнесмен?
– Да, Костик сказал, что его отец бизнесом занимается.
– Интересно каким?
– Этого он не уточнил.
Ну, конечно, наркобизнес не пиарят. Или Костик сам толком не знает, чем занимается его отец? Не исключено, что пока он был маленьким, от него это скрывали, а когда мальчик подрос – его отправили в Лондон. Не сколько для того, чтобы он получил там хорошее образование, сколько для того, чтобы в пору своего взросления он был подальше от Горовска. Мало ли кому взбредет в голову раскрыть Костику правду о том, откуда в дом попадают деньги? Узнав эту суровую правду жизни, парень с неокрепшей психикой мог наломать немало дров. Однако годы учебы быстро пролетели, и сын Аристотеля вернулся в Горовск…
– А ты где живешь? – спросила я у Яны.
– Недалеко отсюда, на Веселой улице.
Я довезла свою новую знакомую до дома, а потом поехала в коттеджный поселок. В голове так и вертелась избитая до дыр фраза: «Дети за родителей не отвечают». Вопреки моим ожиданиям, Константин произвел на меня самое благоприятное впечатление. Он упорно отказывался от плодов искушения, которыми наперебой угощали его самые разные девушки. Он с невозмутимым спокойствием принял вызов, брошенный ему, в сущности, не по делу. Принял, выиграл гонку, но не возомнил себя этаким божком, как предыдущие победители отборочных заездов… Дети за родителей не отвечают. Впрочем, Костик и не должен был отвечать за своего отца, причастного к смерти Ивана Ивановича. Его самого я трогать не собиралась, только его автомобиль…
Солнце еще не взошло, когда я вернулась домой, но рассвет был уже близко. Поднявшись на второй этаж, я услышала, как дедуля негромко похрапывает в своей спальне. Я тихонько шмыгнула за дверь соседней комнаты, разобрала постель и, едва коснувшись головой подушки, провалилась в сон.
Пробудилась я от шума работающей дрели и поняла, что выспаться мне уже не удастся. Я встала, приняла душ, спустилась в столовую и взбодрила себя крепким кофе. Припомнив некоторые подробности ночных автогонок, я набрала номер Ярцева.
– Алло! – раздалось в трубке.
– Привет, Антон! Ты уже написал статью?
– Какую именно?
– Про ночные гонки.
– Да, завтра выйдет. А что?
– Я не знаю, в каком ракурсе ты собираешься осветить эту тему, но хочу тебе сказать – после твоей публикации гонки должны прекратиться.
– Неужели ты настолько беспокоишься о сне жителей Колонтаевки? – удивился Ярцев.
– Скажу тебе честно – меня больше всего волнует «Феррари». Не хочу, чтобы это авто раньше времени потеряло товарный вид.
– С чего такая забота о тачке сынка Аристотеля?
– Чистый маркетинг, не более того. – Я не стала раскрывать журналисту свои намерения, зато поделилась с ним своими наблюдениями: – Не знаю, что тебе, Антон, удалось разузнать о ночном развлечении «золотой молодежи», но лично я выяснила, что один из организаторов гонок – сын прокурора Покровского. А менты пляшут под его дудку.
– Вот как? Придется мне внести кое-какие правки в статью.
– Внеси, – поддержала я журналиста, – только про «Феррари» там не должно быть сказано ни слова.
– Полина, я хочу знать, почему ты так печешься об этом мажорике и его роскошном средстве передвижения?
– Узнаешь, всему свое время.
Поговорив с Ярцевым, я перебралась в гостиную кантри и, уютно устроившись в глубоком кресле, стала мысленно прорабатывать операцию по стравливанию двух «пауков».
– О чем задумалась, ma chére? – спросил Ариша, зайдя в гостиную.
– Знаешь, в последнее время столько угонов происходит…
