– Как вы приручили нашего сына? Люсьен сказал, вы играете на скрипке. Это музыка укротила дикого зверя?
– Боже, пап, – пробормотал Ной.
– Мне этот вопрос кажется вполне уместным. Особенно учитывая то, чем закончился наш с тобой последний разговор. Я думал, этот день никогда не наступит. Все так думали, но вот ты здесь, – Мистер Лейк одарил меня улыбкой. – Мы в неоплаченном долгу перед вами, мисс Конрой.
– О нет, – поспешно возразила я. – Я просто выполняла свою работу. Ной сам…
– Нет, – вскинул голову Ной. – Папа прав. Если бы не Шарлотта, меня бы здесь не было, и если вы хотите осыпать ее комплиментами за то, что она выдержала мое отвратительное поведение, я только «за». Она это заслуживает. Раз мы заговорили об этом в открытую, то я официально готов попросить прощения перед всеми вами за то, что последние полгода вел себя как последний засранец. Я приношу свои извинения и надеюсь, что вы сможете их принять.
Последовало короткое молчание, во время которого все избегали смотреть друг на друга. Тихие аплодисменты Авы нарушили его.
– Это было прекрасно. Правда. Так эмоционально… Я даже прослезилась.
– Ой, заткнись, – ухмыльнулся Ной.
Их обмен «любезностями» вызвал всеобщий смех, и повисшее в воздухе напряжение мигом рассеялось. Разговор продолжился, и темы с легкостью сменяли одна другую, пока день становился все жарче и жарче.
– Не хотите искупаться? – спросила миссис Лейк. – Шарлотта, ты не очень устала?
Я еле сдерживала зевоту. Ной просил не упоминать о грабителе, пока мы все не придем в себя. Я была согласна с ним и тогда, и сейчас. Его бедная мама еще не свыклась с тем, что он слеп. Я ловила ее взгляды на сына, полные нежной любви и радости от встречи с ним, но не лишенные боли за его потерю. У Лейков не было возможности оплакать потерю Ноя, он не позволял им этого.
– С удовольствием поплаваю, – весело ответила я, – спасибо.
– Ной? – всего одним словом миссис Лейк спрашивала сына: «Ты сможешь? Ты хочешь?»
– Конечно, – улыбаясь, он пожал плечами. – Почему бы нет?
Ава проводила нас в западное крыло, по пути шутливо препираясь с братом, а потом ушла к себе переодеться.
– Встретимся здесь в десять, – по-деловому коротко произнесла она.
– Не обращай на нее внимания, – сказал Ной, входя в нашу комнату. – Она все еще в штатном режиме. Ава живет, чтобы работать.
Я рассеянно кивнула, разглядывая наши апартаменты.
– Эта комната размером с мою съемную квартиру в Гринвиче.
Ной встал позади меня и обвил руками за талию.
– Все это слишком для тебя после вчерашнего? Нужно было подождать с приездом сюда?
– Нет. Не знаю. Может, это к лучшему, что мы здесь. В городе мы только и думали бы о случившемся. Как ты? Тебе, должно быть, намного тяжелее, чем мне.
Он напрягся.
– Это тяжело для тебя?
– У тебя чудесная семья, но все это немного пугает. Я чувствую себя деревенщиной на фоне Авы, которая выглядит как супермодель.
– Не говори подобного при ней, если не хочешь услышать лекцию о сексизме в отношении женщин на рабочем месте.
Я развернулась в руках Ноя.
– Ты неплохо держишься.
– Хорошо, если так. Они многое вытерпели за последнее время.
– Я наблюдала за их лицами, когда ты просил прощения. Они твоя семья. Все в прошлом.
Это взбодрило его, но я вспомнила тот день, когда он мучился от жуткой мигрени. Уже не в первый раз я подумала, что случилось бы с ним, если бы меня не было рядом. Поскольку никого из них там не было.
Однако Лейки оказались не холодными и отчужденными богачами, какими я их себе представляла. Наверное, привыкая к своей слепоте, Ной был с ними еще более грубым и несдержанным, чем со мной.
Мы надели купальные костюмы. Мой был раздельным купальником, оставшимся еще со старшей школы. Он выцвел от солнца и хлорки, но другой я купить не успела. Ной надел плавки, и я бесстыдно рассматривала его грудь, пока он не натянул сверху футболку.
Он поцокал языком и обнял меня.
– Так нечестно, ведь я тебя не вижу.
– Так взгляни по-другому, – предложила я. Пусть душу и тяготил случившийся кошмар, но его затмевала радость от воспоминаний о нашей первой ночи любви. Я закрыла глаза, отдаваясь прикосновениям Ноя. Его ладони скользнули вниз, от шеи к груди, а потом к животу.
– Бикини, – с хрипотцой резюмировал Ной. – Какого цвета?
– Светло-розовый с голубыми полосками, – промурлыкала я. – Очень элегантный.
– Я передумал, – Ной прижал мои бедра к себе. – Мы не идем плавать.
Он поцеловал меня жестко и глубоко, но в ту же секунду, как по сигналу, постучала Ава.
– Идемте, – позвала она. – Родители жаждут увидеть, насколько все стало нормально. Не будем их разочаровывать.
Ной вздохнул и нехотя отпустил меня. Пока я надевала сарафан, он нашел свои солнцезащитные очки и трость.
Ава пристально осмотрела нас, и в ее глазах вспыхнули огоньки.
– Готовы?
