Я пыталась не смотреть на нее, но, бог мой, она была великолепна. Высокая и величественная. Первая женщина, про которую я могла сказать «статная». Она затянула на поясе саронг[34] с затейливым золотисто-черным узором. Шелковистые волосы струились по обнаженным плечам густой темной волной. Маленькую грудь плотно закрывал топ черного бикини, в то время как мне оставалось лишь надеяться, что мои «глаза» не выпрыгнут из поношенного старого купальника.
– Родители купили этот дом, когда папа вышел на пенсию, – объясняла Ава, спускаясь по лестнице. – Слишком огромный, как по мне, но, уверена, мама декорировала его с радостью.
– Когда ты была здесь в последний раз? – спросил Ной сестру.
– В феврале. Из-за угроз взрыва нас всех на неделю отправили по домам.
– Боже, Ава.
– Трусливый ход на самом деле, но после «Шарли Эбдо»[35] его можно оправдать. Частично.
– А где ты работаешь? – уточнила я. Возможно, она чиновник или оперативный агент ЦРУ? Меня бы не удивило ни то, ни другое.
– Я помощник главного редактора в «Голосах мира». Это политическая газета. Офис находится в Лондоне, – в голосе Авы звучала гордость. – Мы делаем репортажи в странах, охваченных военными конфликтами, пытаемся сделать все, чтобы местных жителей услышали, пытаемся привлечь внимание к несправедливости, которую большинство других изданий освещает лишь мимоходом и поверхностно.
– О, ты тоже журналистка. Звучит очень увлекательно. Но угрозы смерти? Они у вас обычное явление?
– Да, Ава, милая, они у вас обычное явление? – сухо повторил за мной Ной.
Она усмехнулась через плечо.
– Молчание равнозначно соучастию. Чтобы нас заткнуть, потребуется гораздо больше, чем звонок с угрозами.
– И все же кому-то это удалось.
– Это был звонок в Министерство обороны, не нам.
– Так что привело тебя сюда сейчас? – продолжал расспросы Ной. – Очередная угроза террористической атаки? Кому, как не мне, знать, что отпусков у тебя не бывает.
– Нет, я приехала увидеть чудо, – Ава открыла французские двери на террасу и игриво ткнула Ноя локтем в бок. – Мне сказали, мой братишка вернулся с Земли Придурков. Нужно было убедиться в этом своими глазами.
Мы вышли на террасу. Люсьен и Лейки переместились к столу возле бассейна, а мы втроем устроились на шезлонгах. Ной снял футболку, и я намазала его спину солнцезащитным кремом.
– Они смотрят на мои шрамы? – еле слышно спросил он у меня.
Я бросила взгляд на его родителей и Люсьена. Миссис Лейк прижала пальцы к губам.
– Да, – шепнула я.
– Не надо было их показывать. Это расстроит ее. Она огорчена?
Я снова искоса посмотрела на его маму.
– Она улыбается. Мне кажется, она просто очень рада, что ты здесь.
Ной повернулся и поцеловал меня.
– А я счастлив, что ты здесь.
Я вернула ему поцелуй, ощущая не отрывающийся от нас взгляд Авы.
Плавание далось Ною с легкостью, что удивило меня, но не его. Оценив размеры гигантского бассейна, он с переворотом нырнул с низкого трамплина и поплыл дальше как ни в чем не бывало. Я никогда не видела, чтобы он столько смеялся и улыбался. Мы втроем плавали и резвились как дети, пока старшие Лейки и Люсьен потягивали коктейли, глядя на нас.
– В детстве, когда мы жили во Флориде, мы играли с соседскими детьми в «Марко Поло», – рассказала Ава. Мы решили передохнуть и ухватились руками за бортик в самой глубокой части бассейна. – Знаешь эту игру? Те же прятки, только в воде, и водящий игрок должен все время держать глаза закрытыми.
– Конечно, знаю, – ответила я. – Главное, чтобы в игре участвовало трое или больше человек.
– Мы постоянно в нее играли. Только Ной всегда жульничал.
– Это ложь, – возразил Ной.
– Нет, это правда, – Ава проигнорировала летящие в нее брызги, которыми брат пытался заставить сестру замолчать. – Стоило мне вылезти из бассейна, как Ной, маленький пройдоха, тут же кричал: «Рыба вон!»[36].
– Ложь и клевета, – Ной продолжал забрызгивать ее водой.
– Я даже видела, как этот засранец щурился, делая вид, будто ощупывает пространство, ничего не видя вокруг, – не унималась Ава, после чего ей пришлось выплюнуть полный рот воды.
– Ты втоптала мое доброе имя в грязь.
– Почему бы нам не сыграть в эту игру сейчас? Ной будет Марко Поло, – Ава со смехом взвизгнула, когда Ной рванул к ней. – Ведь он впервые совершенно точно не будет жульничать!
Ной схватил сестру за ногу и дернул под воду. Она вынырнула, отплевываясь, смахнула с глаз мокрые пряди волос и плеснула ему водой в лицо. Он, естественно, этого не видел и не загородился. Я держалась в стороне, глядя на то, как они хохочут, препираются и окатывают друг друга брызгами, будто снова вернулись в детство.
Я думала, что буду в восторге от воссоединения Ноя с семьей, и действительно была счастлива, но в сердце поселилась легкая тоска. Наблюдая за Авой с Ноем, я словно видела наши с Крисом призраки, играющие в городском или соседском бассейне. Чем больше я думала о Крисе, тем больше жалела об утраченной скрипке. Мне казалось, что яркое солнце прекрасного дня загораживает тень, следующая за мной по пятам.
