– Все, кроме Сон Джуна. Я тоже случайно узнал. Был рядом с кабинетом твоего отца, когда он узнал об аварии. Человека, который перерезал тормозные пути, ищут. Охрану уволили. А мне пора идти, – он передал мне тарелку с очищенными мандаринами и мило улыбнулся. – Пожалуйста, поправляйся скорее.
– Спасибо! И удачи тебе! – крикнула я ему вслед, на что он махнул мне рукой и поспешил покинуть палату.
После череды утомительных посетителей, я уснула рано вечером и проснулась от тихих всхлипов посреди ночной темноты. Открыв глаза, я смогла повернуть голову (благо меня освободили от удушающего устройства) и зажмурилась от тусклого света, исходящего от лампы, расположенной на тумбе рядом с моей больничной кроватью.
– Сон Джун? – тихо позвала я, не до конца осознав: сон это или явь.
– Мин Хи! – облегченно выдохнул он, присаживаясь рядом со мной на кровать, чтобы дотронуться пальцами до моего лица. – Я так зол, потому что ты ничего мне не сказала, – продолжая горько всхлипывать, проговорил он и шмыгнул носом.
– Все в порядке, – устало выдохнула я и протянула руку, чтобы стереть слезы с его пылающего лица. – Не нужно переживать. Единственное, что меня беспокоит, так это то, как ты здесь оказался.
– Услышал, как Мин Хёк говорит по телефону с твоим отцом. Ему не осталось ничего, кроме как все мне рассказать, – отрывисто ответил он.
– Тебе нельзя здесь находиться, кто-нибудь может тебя узнать, – опомнилась я и огляделась, но поняла, что мы были одни.
– Меня это не волнует. Я буду с тобой, – упрямо заявил он.
Я грустно усмехнулась и бросила на него тоскливый взгляд.
– Просто иди домой. Через пару дней меня отпустят, – пообещала я, хотя не была до конца в этом уверена. – Я устала уже тут валяться.
– Я проведу ночь здесь, – решительно объявил он и поднялся на ноги, а затем подошел к двери, чтобы закрыть ее на замок.
– Сон Джун! – возмущенно позвала я, чувствуя, что наши силы не равны. Я не могла дать отпор, хотя бы потому, что не имею возможности подняться на ноги. – Ты не можешь…
– Нет, могу, – объявил он, приближаясь ко мне. – Считай это прихотью звезды.
Я нервно рассмеялась и медленно опустила голову на подушку.
– Я был бы тебе очень признателен, если бы ты немного подвинулась, – обратился он ко мне, и я почувствовала, как он осторожно подвинул меня на противоположный край кровати.
– Ты совсем потерял над собой контроль! – беззвучно рассмеялась я, возмущенно глядя на него.
– Потому что ты потеряла над собой контроль. И оказалась здесь. А еще на меня ворчала из-за того, что я о себе не забочусь, – продолжая шепотом высказывать свои возмущения, улегся он рядом на бок так, чтобы видеть мое лицо. – Я думал, что схожу с ума. Абсолютно ничего не понимал от испуга. Я все время чувствовал, что с тобой что-то случилось. Думал, это из-за фотографий.
– Ты знаешь? – удивленно спросила я, разглядывая его измученное лицо, лишенное макияжа (что случалось крайне редко).
Неосознанно я протянула руку, чтобы погладить его по коже, которая не была такой идеальной, как на большинстве фотографий, но от этого присутствие Сон Джуна казалось реальным и ощутимым. Он полностью доверял мне и не боялся показать настоящего себя.
– Узнал в тот же день, что и ты. И знаю, что тебя хотят уволить, – с сожалением прошептал он, размещая свою ладонь поверх моей руки, лежащей на его лице.
– Я знаю. Уже должны были уволить, – стараясь скрыть горечь от своих слов улыбкой, ответила я.
– Ты хочешь остаться? – спросил он, погладив меня по лицу и шее. Там, где были расположены пластыри.
– Я не знаю. Я не хочу оставлять тебя, но и работать с тобой я не смогу, потому что…
– …потому что мы не сможем держаться друг от друга на расстоянии, – закончил он за меня мысль, которая, очевидно, посещала его, так же, как и меня.
Я слабо улыбнулась и попыталась ближе придвинуться к нему, но из-за гипса на ноге и боли в груди, была вынуждена остаться на месте. Тогда Сон Джун сократил между нами расстояние, осторожно укладывая мою голову на свое худое, но сильное плечо.
– У тебя есть фото с выступления в Японии? – спросила я, обхватив его рукой за талию.
– Есть. Ты хочешь увидеть? – удивленно спросил он.
– Угу. Хочу увидеть тебя на сцене, – улыбнулась я, погружаясь в радостное возбуждение.
Сон Джун сделал глубокий медленный вдох и попытался вынуть из кармана спортивных брюк свой смартфон и после некоторых манипуляций передал его мне. Зазвучала энергичная музыка, а затем пронзительный голос Сон Джуна. Он был на сцене в обтягивающих кожаных брюках и слишком открытой майке. Под громкие возгласы фанатов, он двигался в такт мелодии и пел о сладком времени, проведенном с любимой, и горьком расставании с ней, а затем неожиданно перешел на быстрый речитатив.
– Ты слишком горяч! – возмутилась я и нервно рассмеялась от собственных слов.
Сон Джун смущенно улыбнулся и отобрал у меня телефон, несмотря на мое сопротивление, после чего вернул меня в свои объятия.