Джин Ён ждал меня на подземной парковке на обычной легковой машине с затонированными стеклами.
– Доброе утро, госпожа Мин Хи! – с преувеличенным почтением приветствовал меня он.
– Доброе утро, господин Джин Ён! – решила я подыграть ему, на что он прыснул со смеху.
– Не думал, что ты способна на такой экстрим, – обратился он ко мне, встречаясь со мной взглядом в зеркале заднего вида.
– Сама не ожидала, что уровень моего безумства способен в несколько раз увеличиться, – с судорожным вздохом ответила я и негодующе покачала головой.
– Что ж, нам пора ехать. Сон Джун просил передать, что ты должна позавтракать.
– Я уже позавтракала. Спасибо, – отозвалась я, неосознанно вжимая голову в плечи в момент, когда мы выехали из подземной парковки во двор дома.
И по дороге в агентство я решила написать сообщение Сон Джуну с просьбой вести себя друг с другом как профессионалы и не афишировать наши отношения, несмотря на то, что они стали достоянием всей общественности.
От волнения у меня глаза были на мокром месте, и я не смогла побороть свои эмоции, поэтому сразу после пробуждения приняла таблетку успокоительного, но это лишь временно подарило мне спокойствие.
Я вошла в здание агентства в момент, когда все здесь погрузилось в суету, следуя к стойке администратора, чтобы вернуть себе пропуск, но наткнулась на группу людей, возглавлял которую главный менеджер Сон Джуна – Мин Хёк.
– Госпожа режиссер! – обратился он ко мне и поприветствовал поклоном.
Я резко остановилась и лишь спустя некоторое время осознала, что он обратился ко мне.
– Здравствуйте, господин главный менеджер! – ответила я и поклонилась в ответ.
– Прошу, проходите. Вас уже ждут в зале для совещаний. Вся проектная группа в сборе.
Мы прошли к лифту, и заполучив подходящий момент, я слегка наклонилась к своему бывшему начальнику, чтобы задать вопрос.
– Почему вдруг такие изменения? Что за слишком формальная обстановка?
– Это стандартные условия для режиссеров. От тебя зависит имидж Сон Джуна, – ответил он в тон мне, и я неожиданно осознала, что на меня то и дело попадают подозрительно, а иногда презрительно прищуренные взгляды.
Мы добрались до зала для совещаний и для меня настал еще один волнительный момент – мое первое знакомство с проектной группой: сценаристами, помощниками, стилистами, осветителями, операторами и другими людьми, с каждым из которых мне предстояло работать.
– Итак, разрешите представить нашего режиссера – госпожу Ким Мин Хи! – нараспев представил меня Мин Хёк, и я нервно сглотнула, понимая, что кроме Сон Джуна здесь больше никого не было.
И вся эта ситуация была больше похожа на издевательство, чем на рабочий процесс.
– Рад знакомству, госпожа Мин Хи, – деловым тоном поприветствовал меня Сон Джун и театрально поклонился, а затем жестом пригласил занять место, расположенное напротив него. Теперь нас разделял лишь массивный стол.
– Ну, я вас оставлю. Если что-то будет нужно – дайте знать, – откланялся Мин Хёк, в то время как я заняла предложенное место.
– Почему ты здесь один? Кто-нибудь еще приедет? – спросила я, оглядываясь по сторонам.
– Будем соблюдать субординацию, – деловым тоном ответил Сон Джун, и я удивленно вскинул брови. – Сегодня наше совещание пройдет наедине. Нам нужно обсудить концепцию клипа.
– Никто не захотел со мной работать? – предположила я, на что Сон Джун ответил мне ободряющей улыбкой, и я поняла, что была права, но постаралась не показать ему, что меня это хоть как-то задело.
А это действительно делало больно, так как я столкнулась лицом к лицу с дискриминацией из-за своих отношений с Сон Джуном и связи с отцом.
– Для того, чтобы я могла дать свою оценку и предложить варианты, а также рассмотреть сторонние предложения, мне нужно услышать песню, – попыталась я выровнять свой голос, который от напряжения то и дело был готов сорваться на визг.
– В любое время, в которое только пожелаете, – ответил Сон Джун, внимательно вглядываясь в мое лицо.
– Для начала я хочу выслушать ваши пожелания, – вежливо улыбнулась я, призывая себя к профессионализму.
Моей задачей было сосредоточиться на конечной цели – музыкальном видео для Сон Джуна.
– Это должна быть история любви, но не в классическом ее проявлении, то есть мужчина не будет бегать за женщиной и наоборот. Скорее это должна быть история о том, как они вместе противостоят всему миру, – проговорил он, глядя на меня в упор. – Иными словами, мы покажем пару, которая борется за право быть счастливыми.
– Хочешь показать то, что чувствуешь? – нахмурилась я, пытаясь уловить его настрой.
– Ты говоришь неофициально. Сама нарушаешь свои правила, – отметил Сон Джун, удивленно вскидывая свои брови.
– Это правило касается только тех случаев, когда кроме нас двоих рядом есть еще люди. И ответь, пожалуйста, на мой вопрос, – нервно улыбнулась я.
Сон Джун усмехнулся, продолжая наблюдать за мной цепким взглядом, способным выудить из меня любую информацию.