А я вдруг… разозлилась. Не то чтобы до этого я была полна доброты, но сейчас мне стало по-настоящему обидно.
Это что выходит? Мы только что все вместе сделали вывод, что, похоже, этот невоспитанный мужлан — моя истинная пара. И он, значит, не собирается за мной в другой мир! И жениться на мне не хочет! Можно подумать, ему каждый день принцесс в жены предлагают!
Ну я ему устрою… веселую жизнь!
Можешь отключать свое зеркало, говоришь? Р-размечтался!
Все равно я не знаю, как это сделать…
— Лорд Макс! Вы спите?
Вопрос был задан громким свистящим шепотом. Я застонал и накрыл ухо подушкой.
Зеркало, конечно же, висело на стене в моей спальне. Где же ему еще быть! И занавешено оно было с обеих сторон. Лично я повесил на него полотенце, а принцессочка долго мудрила что-то в своей комнате, по-моему, закутывая его в десять слоев ткани и бубня что-то о том, как все это непристойно.
— Так спите или нет?
— Сплю! — рявкнул я. — Не слышно, что ли?
— До сих пор вот было не слышно, знаете ли. А теперь слышно, и совершенно ясно, что не спите и зачем-то пытаетесь меня обмануть. Что, между прочим, недостойно мужчины и дворянина.
— А я тебе не дворянин!
По ту сторону зеркала ахнули и надолго замолчали. Похоже, переваривали новость.
— Не может быть… Это уж вовсе безобразие какое-то получается! Так ты, выходит, вовсе простолюдин?
— Да! И завтра собираюсь на работу!
— Ужас какой, — осуждающе сказали по ту сторону зеркала. — А где ты работаешь?
— На работе!
— Чудовищно, — в зазеркалье шумно и тягостно вздохнули. — А между прочим, ты меня видел в таком непотребном виде, что теперь как честный человек просто обязан жениться! Мне придется выйти замуж за неотесанного мужлана и простолюдина к тому же. Ты хоть осознаешь, какая это трагедия⁈
Да она издевается⁈
— Ага, — не удержавшись, съязвил я. — А заодно тебя в том же виде наблюдал десяток ваших стражников и лично Дед Мороз. Будешь гарем заводить?
Девчонка за занавеской фыркнула и пару минут помолчала.
Блаженная тишина!.. Я уже начал проваливаться в сон, когда голос раздался снова.
— А еще я вот тут подумала…
Да сколько можно!
Ни о чем в тот момент не думая, я схватил подушку и запустил ее в источник отвратительных звуков.
Последовал глухой шмяк и тоненькое ойканье. Я приподнялся на локтях. Тусклый свет из окна падал как раз на зеркало. С которого благополучно сползло мое полотенце… и, видимо, все то, что было на него навешано с той стороны. Потому что по ту сторону стекла я увидел всю ту же принцесску в кошмарной ночнушке, изумленно вертящую в руках мою подушку!
— Ух ты! — возопила она и тут же потыкала рукой в стекло. — Хм… а так непроницаемо. Кстати, у тебя на наволочке дырочка по шву. Уволь свою горничную! А ну-ка кинь еще что-нибудь!
— С удовольствием! — Я швырнул вторую подушку, которую девчонка без труда поймала.
На этот раз я имел сомнительное удовольствие наблюдать сам момент, когда подушка пролетала сквозь зеркало.
Подушки у меня узкие, не люблю большие. А вот зеркало — здоровенное. Ничего удивительного, что в раму они вполне вписались. А вот то, что вполне себе материальные предметы проходили сквозь стекло, как сквозь воду, при этом пуская по нему рябь, выглядело до того сюрреалистично, что с меня даже сон слетел.
Я спустил ноги с кровати и поднялся, намереваясь подойти поближе. И в этот момент мне в лицо прилетела подушка. Моя собственная!
— Ух ты! И так тоже получается! — возликовала принцесска. — А ты опять расхаживаешь перед леди в непотребном виде!
— Я в трусах! — огрызнулся я, отшвыривая подушку обратно на кровать. — Не имею привычки спать в шубе!
— Ничего! — утешило меня это чудовище в ночнушке. — Я уже почти привыкла! В конце концов, надо как-то готовиться к семейной жизни! О, постой-ка вот так, глядя в зеркало!
— Чего? — я даже запнулся. Что эта сумасшедшая еще придумала?
— Там преломления меняются, когда ты смотришь, — непонятно пояснила она. — Надо зарисовать! А потом проведем серию экспериментов на перебрасывание предметов и посмотрим, что будет с преломлениями тогда. Я попытаюсь свести все в единую схему и поискать закономерности…
— Слушай, принцесса, — я остановился, мрачно уставившись в зеркало. Оттуда на меня с жизнерадостным любопытством пялилась «суженая». — У тебя совесть есть?
— Нет, — не моргнув глазом, заверила она. — У меня, видишь ли, брат есть. Будущий король. Ему если доверить управление государством, так он как только вдохновение настигнет, так все бросит и пойдет картины писать. Пораздарит провинции всем, кто попросит, торговые соглашения будет подписывать, не читая… в общем, придется мне, я думаю, до конца жизни его советницей быть. Тайной, само собой. Потому что кто ж серьезно отнесется к решениям женщины?
— К твоим — я бы не отнесся, — честно признал я. Уж эта пигалица нарешает!
— Во-от. А я, между прочим, побольше брата в этом соображаю. Он у нас… талантливый. А я — умная! И талантливая тоже, только в магии…
— А скромная какая!
