— И здесь как-то тихо. Слишком невероятно. Невозможно для нашего времени…
— И уже через несколько дней нас лишат возможности быть наедине… Эти Игры. Я и рада, что они пройдут, а значит, закончатся, но и боюсь их. Снова информаторы, сплетни, а еще и странные угрозы ото всех… И на этот раз я понятия не имею, что нас ждет. Тогда удалось хотя бы предсказать горы. Как думаешь, куда еще они смогут закинуть этот камень Игр?
— О, фантазия у них богатая. Не удивлюсь, если придется даже лезть в жерло вулкана!
— Вряд ли. Лазить мы уже лазили в прошлом году. Думаю, придется либо ползать, либо плавать. А помнишь, Маркус говорил, что нас будут пытать морально?
— Возможно, какие-то испытания и будут, но сомневаюсь, что только на этом они построят Игры. Скорее всего, придержутся стандарта: магия и физические возможности.
— А все вокруг такое тихое и белое… Интересно, кто из наших пар сделает первый шаг для более прочных и официальных, так сказать, отношений? — спросила я, приподнимаясь с плеча Тома.
— Что ты имеешь в виду? — спросил он, сдувая пряди у меня с лица. Я зажмурилась от удовольствия и протяжно ответила:
— Заключат помолвку, а может, и вообще свадьбу сыграют! Ха, может дать информаторам идею: устроят шоу на эту тему! Два наследника, Ричар, Дэв и ты: кто станет первым?!
Представив, какой ажиотаж это вызовет, я рассмеялась.
— Хочешь, я стану первым? — таинственным голосом спросил Томас.
— Не знаю… У нас же академия, дворцовые интриги, сплетни… В общем, и так проблем полно.
Тогда я спокойно об этом размышляла, даже не представляя, что ответы на часть своих вопросов узнаю уже очень и очень скоро. Когда вернусь в комнату…
Расстались мы с Томом поздно: на небе давно сияли звезды, и вышла бледнолицая луна. Ее свет и фонари создавали волшебную обстановку… В комнату я заходила уставшей, но от нее и след простыл, стоило только увидеть посреди комнаты сияющую Дарри, которая тут же бросилась ко мне с объятьями и слезами на глазах.
— Что случилось?! Ты улыбаешься и плачешь! Я конечно знаю, что ты эмоциональна, но такого раньше не припомню…
— Элька! Поздравь нас! Он… Он… сделал это! — радостно верещала она.
— Кто он? Что сделал?! Да не тяни ты уже! Любопытство душит!
— Мы с Риком теперь помолвлены! Сегодня мы знакомили наших родителей, а потом он… Он…
Так и не сумев договорить, она вновь расплакалась от счастья и протянула мне руку, где на одном пальчике красовалось изумительное тоненькое колечко с нежной розой и рубином в центре.
— Какое красивое! Иди ко мне, дуреха! Вместе реветь будем! — воскликнула я, не в силах сдержать собственных слез. Мы просидели несколько часов, а спать легли далеко за полночь, радостно повздыхав перед этим.
На утро настроение было на высоте. Едва увидела довольного Рика в компании Дэва, бросилась к нему нашею, говоря о том, какой он молодец. Возможно, два года знакомства — это мало для подобного шага, но они были уверенны. Как рассказала мне Дарри, они ходили в храм, и особая магия подтвердила, что их союз будет удачным. После этого никто из двух сторон, включая родителей пары, не видел причин, способных им помешать. Так что оба были счастливы как никогда. На вопрос о том, когда будет свадьба, сказали, что пока еще думают. Дарри хочет, как и я, сначала окончить академию, а Рик не видит смысла ждать еще. В крайнем случае — до лета.
К Маркусу я подошла еще во время завтрака.
— Маркус, Рэллиан хочет с тобой поговорить. Мы искали тебя вчера, но…
— Я был у отца, — резко прервал он меня. — В качестве кого он хочет поговорить? Старосты, друга, наследника? Кажется, я знаю, чего он ждет. Мой ответ ты знаешь, Эллин. Среди них — мой отец. Я не стану причиной его гибели… Даже сейчас…
Я понимала, что что-то произошло. Маркус переживает из-за этого и вновь злиться, но даже так раньше он со мной не говорил…
— Что случилось? — спросила осторожно я. Он отвел взгляд, стал разглядывать виднеющееся озеро в окне и негромко голосом, полным боли, произнес:
— Они убьют всех… — а потом он резко повернулся ко мне, сжал и без того тонкие губы и еще тише добавил: — Кроме тебя…
Какое-то время он еще смотрел на меня, а потом стремительно развернулся и пошел прочь. На первой паре он сел в конец класса, а после сразу исчез. И так на всех общих парах!
— Элли, ты говорила с ним? — спросил Рэн, заметив происходящее.
— Да. Он что-то узнал. Что-то плохое. И все равно продолжает упорно защищать отца…
— Отца? Причем здесь его отец? И кто он?!
Вот ведь! Правду про родителей Маркуса никто не должен был знать! И что же мне сейчас делать?!
Я отчаянно пыталась найти взглядом подсказку, как Рэн неожиданно грубо прижал меня к стене и произнес:
— Эллиана, тебе лучше сказать правду. Всю правду, что ты знаешь! Нам хвати и одного мага, играющего в молчанку! Эти гады… Они убили моего дядю! Похитили твоих родителей! Убили многих магов и это еще не конец! Эллин, что ты знаешь?!
Я не могла ничего произнести, напуганная его порывом злости и жестокости, досады на собственную ошибку и отвлекаемая болью в плече, которое сжимал Рэн.
