Вздыхая и зевая одновременно, Элвин наконец задрал голову и глянул в светлеющее небо. Каждый раз он страшился того, что увидит. Путь к Алой Звезде, в Луугут-Йор, до какой-то степени сулил надежду. Там светил шанс избавиться от клятвы и от влияния Темной Владычицы. Но потом началась битва, бесконечная резня. И вот теперь должна была появиться другая Звезда, и все – империя, Темная Владычица и даже, быть может, сам Каман-Рал – примутся убивать друг друга ради завладения ею.
Элвин опустил голову и снова обернулся вперед. До него долетали обрывки беседы между Йимтом и Ралли. Они обсуждали старинные семейные рецепты, которые Элвин изо всех сил старался не слушать. Ему делалось нехорошо от одного только перечисления ингредиентов.
– Сержант! Я, пожалуй, действительно попробую вздремнуть, – сказал он. Гном его не услышал. Он потыкал Йимта прикладом.
– А? Чего? Да, Элли, конечно, – сказал Йимт, похлопав его по руке. – Прикрой гляделки ненадолго. Бурная выдалась ночка!
Он повысил голос, обращаясь к остальным солдатам.
– Вас, парни, это тоже касается! Прикорните, пока есть возможность. Сдается мне, по прибытии на место спать особо не придется.
– Спасибо, – отозвался Элвин.
Йимт вернулся к разговору с Ралли. Остальные солдаты принялись укладываться поудобнее на крыше фургона. Спуститься внутрь никому и в голову не пришло, и неудивительно: там сидели Джир и сриксы.
Элвин опустил голову на парусину и закрыл глаза.
Первые лучи солнца ударили ему в лицо, и он увидел во сне Звезду.
В следующее мгновение он открыл глаза и обнаружил себя на вершине горы. Юноша инстинктивно попытался взять мушкет на изготовку, хотя и понимал, что это все сон. Ему и прежде доводилось во сне попадать во владения Темной Владычицы, но на этот раз все выглядело по-другому. Волчьи дубы здесь росли гордыми и стройными, их сучья плавно выгибались, вздымая могучие шумящие кроны навстречу ослепительно-голубому небу. Среди деревьев, ласково касаясь стволов, бродила эльфийка в длинном, развевающемся красном платье. Она была не старше Элвина и бесконечно прекрасна. Длинные светлые волосы падали ей на плечи. И лицо ее казалось знакомым.
Он пошел ей навстречу, заметив, что по-прежнему одет в солдатскую форму. Хотел закинуть мушкет за плечо, но что-то мешало, хотя он не мог понять, что именно. В листве весело пели птицы, вокруг струился теплый и ласковый воздух...
– Привет! – окликнул он издалека, дабы не напугать ее. Эльфийка обернулась и улыбнулась ему. Элвин улыбнулся в ответ.
– Я тебя знаю? Я встречал не так много эльфов, но вот тебя вспомнить не могу, хоть убей!
Услышав Ее голос, Элвин едва не выстрелил. Он принялся лихорадочно озираться по сторонам, ожидая, что из-за деревьев на него вот-вот ринутся рекки. Но нет, лишь легкий ветерок шевелил головки горных цветов да бабочка прилетела и села на дуло мушкета.
Она снова улыбнулась Элвину и тряхнула светлыми локонами. Этот жест напомнил ему Нафизу.
– Нет. Ты же хочешь все разрушить!
Ее лицо помрачнело, и секунду спустя нахмурилось и небо над головой. Летний ветерок обернулся ледяным вихрем. Он оборвал крылышки присевшей на дуло мушкета бабочке, и та упала на землю, беспомощно трепыхаясь. Мгновение спустя Она снова заулыбалась, и на вершине снова воцарилось лето.
– А как насчет рекк и темных эльфов, а? И кровавых деревьев? – Он по-прежнему озирался, каждый миг ожидая нападения. – А мы? Нас-то за что?!
–
При этих словах посреди небольшой полянки выступил черный ихор, собравшийся в озерцо. Она провела над ним рукой, и поверхность озерца изменилась. Одна за другой перед Элвином представали сцены смерти и разрушения. И Она оказывалась ни при чем.
– Я был в Луугут-Йоре, – ответил Элвин. – Я был на островах. Тебе меня не провести.
