Справа на груди Орион как генерал носит звезду. (Есть у него еще одна — слева под мышкой, но забудем об этом ради красоты придуманного мною сравнения.)
Звезда эта — 0,7 звездной величины, светимостью 4,1 абсолютных единиц, красная, с капризным характером — гигант среди остальных регалий Ориона (класс М), удалена от Земли на двести семьдесят световых лет. Температура поверхности — около пяти с половиной тысяч градусов по Фаренгейту. Если вы внимательно всмотритесь в окуляры своих приборов, то наверняка увидите в ее спектре следы оксида титана.
Должно быть, генерал Орион носил эту безделушку не без гордости. Она сверкала в стороне от основного созвездия и была звездой немалой, что, наверное, и льстило генеральскому самолюбию.
Звезду звали Бетельгейзе.
На значительном расстоянии от объекта гордости Ориона вращался безжизненный обломок скалы, который вряд ли кто осмелился бы назвать планетой. Но у правительства всегда есть свое мнение.
Вот Земля и решила…
Решила… а всякий раз, когда держава желала отделаться от какого-нибудь индивидуума и соблюсти видимость приличий, требовалось какое-то решение… Поэтому и решили: в связи с нехваткой полезных планет попытаться приспособить этот обломок для такого рода колонии.
Представители Земли связались с Френсисом Сэндоу и задали ему вопрос о реальности проекта. Тот ответил утвердительно.
Они осведомились о цене, услышали цифру и, негодующе всплеснув руками, ринулись застегивать портфели.
Сэндоу был единственным в своем роде человеком, занимавшимся «чисткой» других миров, но, надо отдать ему должное, своим богатством он был обязан отнюдь не наследству и не везению. Он остановил представителей и сделал встречное предложение, которое было принято. Так родилась Скорбь.
Теперь позвольте рассказать вам о Скорби — единственной обитаемой планете системы Бетельгейзе. Обломок камня без всяких признаков жизни — это Скорбь. Сэндоу «накачал» на мертвую поверхность газовый нимб из аммиака и метана. Он знал, как ускорять эволюцию планет, хотя физики Земли предупреждали его, что в случае выхода реакции из-под контроля, он останется владельцем пояса астероидов. Сэндоу ответил, что во всем отдает себе отчет и, если потребуется, соберет планету по кусочкам и начнет сначала. Но, добавил он, этого не произойдет.
И, разумеется, оказался прав.
Когда бури поутихли и на планете появились моря, настала очередь «интерьера». С помощью подземных взрывов Сэндоу вылепил материковые массы. Он колдовал над континентами и морями, очищал атмосферу, тушил вулканы, успокаивал землетрясения. Потом привез растения и животных и занялся мутациями. Новые обитатели быстро росли и размножались. Через несколько лет он изменил атмосферу, некоторое время дал им пожить спокойно и снова изменил атмосферу… И так далее, кажется, не меньше двенадцати раз. Затем занялся климатом.
И в один прекрасный день высадился на поверхность планеты с несколькими представителями «заказчика», стащил с головы кислородный шлем, раскрыл над собою зонтик, глубоко вдохнул и сказал: «О’кей. Ваш черед платить». (Произнеся эти слова, он все-таки закашлялся.)
Эксперты признали планету вполне подходящей, сделка состоялась, и некоторое время правительство оставалось удовлетворенным. Сэндоу тоже.
Почему все были удовлетворены? Просто Сэндоу состряпал отвратительное подобие мира, которое пришлось по вкусу обеим сторонам, причем по разным причинам.
Почему это длилось недолго? Все-таки «заказчики» нашли камень преткновения, и вы скоро узнаете где.
Почти на всех обитаемых планетах есть уголки, которые представляются их обитателям более желанными, чем остальные. Существуют островки отдыха от зимних холодов или летнего зноя, ураганов, грязи, льда и других неприятностей, которые заставят любого философа признать, что жизнь не обходится без некоторых неудобств.
Скорбь отличалась от всех остальных миров.
За плотным слоем облаков, окутывающим планету, вам едва ли удастся увидеть Бетельгейзе, а если все-таки повезет, радости доставит мало, ибо жар ее будет невыносим. Пустыни, льды и джунгли, вечные бури, экстремальные температуры и безжалостные ветры — в любом месте на Скорби вы лицом к лицу столкнетесь с самыми разнообразными «коктейлями» из подобного рода прелестей. Возможно, поэтому так и назвали эту планету, созданную отнюдь не для отдыха, не для беззаботного времяпровождения.
Почему Земля заплатила Сэндоу за создание этого ада?
Соблюдение прав ссыльных? Никто не имел ничего против, но требовалась и определенная мера наказания. Осужденный вместе с курсом терапии должен был получить еще и необходимую долю отрицательных эмоций, чтобы (это мое предположение) наказание затронуло не только душу, но и тело.
Скорбь стала планетой-тюрьмой.
