Я остановилась между этажами на лестнице у окна и набрала его номер. Тимур, наверное, был занят на тренировке и не смог ответить. Написала сообщение, постояла еще немного, представив наш диалог. Кое-как взяла себя в руки и побрела дальше, на кафедру к Болтову. Других вариантов мне, к сожалению, никто не предлагал.
Предварительно постучав, открыла дверь и зашла в просторный кабинет. Болтова заметила сразу. Худой остролицый мужчина с короткой стрижкой с залысинами и очками на длинном носу сидел за дальним столом. Мне он был неприятен – ни внешне, ни в общении. Кто-то над ним посмеивался, кто-то спорил, мало кто любил его семинары. Чужое мнение он никогда не принимал, обрубая все слова категоричным взмахом руки. Из-за этого и меня не терпел, потому что я всегда забегала вперед. А он таких выскочек не терпел.
– Добрый день, Сергей Геннадьевич! – произнесла я, поджав губы.
– Да-да, заходите, Белокрылова.
– Меня Инна Сергеевна к вам направила насчет завтрашней конференции, – сказала я, медленно пробираясь через лабиринт из столов, заваленных папками с рефератами и курсовыми. Села перед ним на гостевой стул и сразу достала копию своей работы в распечатанном виде. Сама не знаю, зачем носила ее с собой, но вот пригодилась. Я смотрела в окно и смиренно ждала, пока мужчина закончит свои дела и уделит мне внимание.
– Какая у вас тема? – наконец он взглянул на меня.
Не глядя протянула ему работу. Он быстро пролистал десятистраничный доклад, кажется, даже не вникая в текст. А после на меня посыпался град вопросов и замечаний.
Ну кто бы сомневался! Я и не надеялась, что он молча примет доклад, отказавшись от любимой привычки поучать!
«Почему это так?», «Зачем вы решили это сюда добавить?», «Как факты связаны?» и все в таком духе. Мало того что тема не его, так еще и я, как обычно, замахнулась на то, что еще, по его мнению, знать не должна. Не в таком объеме, по крайней мере. Я было начала ему отвечать, но на мой один ответ он задавал два новых вопроса. Наверное, ему это нравилось. А мне становилось все труднее держать себя в руках. Еще и зуд внутри начал концентрироваться и требовал выхода. Я смотрела преподавателю в глаза, а сама прикоснулась пальцами к татуировке и погладила ее.
Но мужчина все продолжал и продолжал меня спрашивать. Спустя еще пять минут я не выдержала и схватила его за руку.
– Я не собираюсь перед вами отчитываться. Андрей Андреевич мой доклад уже проверил и принял. Я прошла вузовский отбор. Нам с вами нужно только договориться насчет поездки и выступления, – с холодной сталью в голосе потребовала я.
Я использовала Силу.
Мужчина сузил глаза и «подчинился» моим словам. В другой раз он высказался бы о моей бесцеремонности, отчитал меня и даже выгнал из кабинета. Но он закрыл доклад и, глядя на меня поверх очков, спросил:
– Я могу это оставить у себя? Мне нужно подготовить вступительную речь.
– Можете.
После этого он убрал папку в портфель и перешел к тому вопросу, ради которого я сюда пришла.
Договорившись о месте и времени встречи, я покинула кафедру.
К Тимуру я поехала не сразу. Сначала сняла в банкомате стипендию и по пути зашла в магазин, чтобы купить продукты и приготовить нам что-нибудь особенное. Все время готовит Тимур, и в наш последний перед расставанием вечер мне захотелось его чем-нибудь удивить. Мне не придется его ждать, сегодня нет тренировок, только сбор с группой, и он, наверное, уже дома.
Я медленно поднималась по ступенькам, меня до сих пор беспокоила вынужденная замена преподавателя. Искала плюсы и пыталась мысленно себя оправдать, что снова не сдержалась и воспользовалась Силой.
Но стоило мне увидеть Тимура и обнять, прижаться к нему, и, еще ничего не рассказав ему, я почувствовала его поддержку. Может, успел по моему выражению лица прочитать, в каком отвратительном я настроении, не знаю, но мне стало спокойно.
Рядом с ним все внутри меня менялось, все мои чувства. Я будто становилась другой.
Хотелось сразу оказаться под его большим и крепким мужским крылом, чтобы он не отпускал и заботился обо мне. Давно я не ощущала потребности в близком человеке. Отбросила ее как ненужное еще несколько лет назад, потому что те, кто был рядом в сложный период моей жизни, не помогали, а лишь причиняли боль. Мне никто не был нужен для души.
С Тимуром появилось это забытое чувство потребности в ком-то, когда человеку нужен другой человек.
Отлипла от него и начала снимать верхнюю одежду, попутно рассказывая о своих переживаниях. Продолжила на кухне, выкладывая продукты из пакета. А Тимур, привалившись плечом к стене и убрав руки в карманы домашних брюк, внимательно меня слушал.
– Выступать же тебе, доклад делала ты, поэтому оценивать будут тебя, а не твоего преподавателя, который скажет всего несколько слов, – успокоил меня Тимур и принялся помогать мне с нарезкой овощей для салата.
– Понимаешь, он заваливал меня вопросами! Всем своим видом говорил, что я замахнулась высоко и ничего не понимаю. А на самом деле это он не разбирается.
– Вот поэтому и заваливал. Ты ответила ему? Доказала, что все знаешь?
