Они столкнулись в дверях. Или она поскользнулась, или он случайно ее толкнул, не разобрать было, но когда девушка падала, Дмитрий успел подхватить ее на лету, мысленно подивившись и похвалив себя: «Расторопный, однако!» А еще Дмитрий приятно поразился, что это крупное тело оказалось вовсе не тяжелым и удобно разместилось на его руке. Более того, стало вдруг легко и хорошо, и откуда-то пришла радость, словно невесомое женское тело принесло долгожданное счастье. И еще Дмитрий понял, что девушка чувствует то же самое…
Они столкнулись в дверях. Или она поскользнулась, или он случайно ее толкнул, не разобрать было, но когда девушка падала, Дмитрий успел подхватить ее на лету, мысленно подивившись и похвалив себя: «Расторопный, однако!» А еще Дмитрий приятно поразился, что это крупное тело оказалось вовсе не тяжелым и удобно разместилось на его руке. Более того, стало вдруг легко и хорошо, и откуда-то пришла радость, словно невесомое женское тело принесло долгожданное счастье. И еще Дмитрий понял, что девушка чувствует то же самое.
– Извините, ради бога. Я нечаянно! – поставив девушку на ноги, сказал он и улыбнулся.
– Это все каблук, – принимая устойчивое положение, виновато улыбнулась она в ответ.
Оба наклонились, рассматривая странную женскую обувь, тренд двадцать первого века, с виду здорово напоминавшую кандалы. Тяжелую монолитную платформу увенчивал мощный каблук, послуживший причиной потери равновесия.
– Я тоже был неловок, – слегка отстраняясь, смущенно пробормотал Дмитрий.
Они находились в вестибюле небольшого ресторана: девушку ждала компания подруг, а Дмитрий пришел на встречу с приятелем.
Оба с любопытством разглядывали друг друга, и каждый мысленно вспоминал радостное ощущение, охватившее обоих только что.
«Надо же, три минуты назад я и не подозревал, что подобное возможно. А оно не только возможно – оно есть, оно реально. Я чувствовал, я ощущал: счастье лежало на моих руках и было невесомо, как мысль, как эфир, как космос!» – подумал Дмитрий, продолжая держать руку на весу, словно собирался еще раз поддержать девушку, если та вдруг снова надумает упасть.
В ответ своим мыслям он увидел улыбку. И тоже улыбнулся. Ах, так она поняла, о чем он думает! Они опустили головы, чтобы еще разок полюбоваться на дивную обувь, едва не сломавшую девушке жизнь.
«А она не так высока, как мне показалось, мы с ней одного роста, это каблуки у нее такие. А как стройна, черт возьми!» – мысленно рассмеялся Дмитрий, осознавая, что не смеялся столь искренне уже несколько лет.
Все повода не было для смеха. Жизнь, стрессы, время безжалостно уплотнилось. Даже поесть толком некогда. А тут… пришел поужинать и случайно наткнулся на счастье. Или счастье наткнулось на него…
– Вы можете ходить? – спросил Дмитрий, касаясь локтя незнакомки.
Снова обожгло. Это не девушка! Молния. От нее исходит электрический заряд. Радостное чувство вновь охватило Дмитрия, он едва не задохнулся. Как трудно стало дышать, здесь явно душно.
– Включите кондиционер, пожалуйста! – крикнул он юноше, застывшему за барной стойкой.
– Работает, видите, как пашет, – с готовностью откликнулся тот, выскакивая из-за стойки и протягивая пульт, но Дмитрий только отмахнулся и чуть крепче сжал локоть девушки: – Вы здесь отдыхаете?
– Я Юля. Мы с девочками встречаемся. С курса, – пояснила она, заалев щеками, отчего стала еще красивее. – Мы всегда встречаемся перед Новым годом.
Новый год! Как только Юля произнесла эти слова, Дмитрий сразу заметил и праздничное убранство ресторана, и пляску огней, и даже ощутил волшебное волнение, которое охватывало его в детстве каждый раз с приближением этого чудесного праздника.
…Как прошел тот день, Дмитрий не запомнил, но закончился он в тот момент, когда они с Юлей обменялись визитками. Два дня пролетели как в тумане, и если бы дотошные опера из телевизионных сериалов, случись такое дело, попробовали бы выяснить, чем занимался в эти дни Дмитрий, они не смогли бы вытянуть из него ни слова. Ничего не запомнилось. Ни одного события не отложилось в памяти. Время слилось в одну тягучую минуту: сон, пробуждение, всматривание в самого себя и поиски энергетического баланса, плывущие мимо сознания незначительные события, люди без лиц и внешности. Одна сплошная серая лента. И лишь в крохотном уголке мозга угнездилось крепнувшее день ото дня воспоминание о случайной встрече в ресторане.
В какой-то момент Дмитрий осознал, что если вновь не ощутит в своих руках осязаемое счастье, то сойдет с ума. И позвонил. Странно, но она заговорила так, словно они расстались минуту назад, будто не прошла вереница тоскливых дней, – видимо, ждала звонка. Говорила спокойно, уверенно. Дмитрий почувствовал на лице улыбку. И забыл, что его ждут дела, посетители, встречи, разговоры, договоры, переговоры, что в приемной очередь из сотрудников, желающих разрешить, как всем им кажется, неразрешимые житейские проблемы, поздравить его – да, с наступающим, как водится, поздравить, да-да, спасибо…
Встретились они в том же ресторанчике – и друг друга там встретили, и Новый год, все одновременно. Заведение показалось родным домом, будто они бывали здесь уже по многу раз и непременно вдвоем. И снова забвение. О чем говорили, что послужило темой диалога – все скрылось за плотной завесой времени. Ни одного слова не запомнилось. И как-то само собой получилось, что вскоре они оказались вместе, и не только в постели, но и во времени.
