Лишь бы проморгаться… лишь бы проморгаться… слепым я не стою ничего в бою против нескольких тварей вроде кентавра. И еще — я больше не видел жизненную силу. Вообще. После той ужасной слепящей вспышки мне осталось только подпорченное зрение обычного смертного, а так же способность видеть магическую энергию.
Проклятье…
Постанывая, пошатываясь и слепо шаря перед собой дрожащей рукой, я двигался вдоль стены, а за моей спиной визгливо хохотал каменный тесак, порой переходя на жалобный детский плач, затем изрыгая требование еды и снова начиная смеяться, наслаждаясь моими страданиями. Взбешенный донельзя, я прохрипел пару черных проклятий и обещаний разбить в пыль корявую штуковину, если она не заткнется. И к моему изумлению меч тотчас затих, проявив жажду жизни…
Припав на колено, я уперся руками в землю и, застыв в сей странной позе, начал выжидать — постепенно радужные круги перед глазами рассеивались, черные кляксы исчезали. К моему счастью зрение восстанавливалось. Но что за удар был по мне нанесен? Причем даже не удар — я словно бы взглянул на солнце или же сам себе ткнул пылающим факелом в лицо. И проделал это безрассудство самолично, никто меня не заставлял — ведь враг не мог угадать миг, когда я взгляну на мир в поисках жизненной силы разлитой в телах трепещущих в воздухе «лоскутков». Стало быть, невыносимо яркое слепящее «полыхание» невидимое обычному взору «горит» постоянно. И против кого же направлено такое оружие? Против некромантов практикующих темное искусство? Или же против священников обладающих тем же умением? Против всех сразу? А нежить?
Глухой всхлип заставил меня вжаться в стену. На землю тяжело упала исковерканная гора плоти и, резво шевеля разнородными конечностями, кентавр рванулся по моему следу, так спеша, что сначала и не заметил меня самого, находящегося всего в десятке шагов или чуть дальше. Парочка изуродованных гниением людских лиц-масок выдающихся из обращенного ко мне бока увидели меня, исказили рты, бешено заморгали, издали странное сипение, давая знак главному среди этого несчастного сонма слепленных тел. Вот он враг! Вот добыча! В другой стороне!
Кентавр внял предупреждению и попытался извернуться, сменить направление. Однако остановиться на месте не удалось, по инерции тварь протащилась еще немного, передней частью войдя в дверной проем и оказавшись под куполом страшного здания. И тут-то я невольно и остолбенел, напрочь позабыв о необходимости спасаться бегством — ибо зрелище не могло не приковать к себе внимания! Нежить затрясло, забило как в припадке, ноги и копыта ударяли по земле с немыслимой скоростью, раздающийся хруст костей и плоти заполнили воздух, а раздавшийся дикий рев нескольких глоток сразу оповестил о страшных мучениях претерпеваемых мерзким созданием. Еще пара мгновение и нежить рухнула оземь мертвой кучей мяса, наполовину перекрыв вход в строение. Рискнув проверить и
Смерть явившегося по мою душу чудища порадовала. Враг потерял одного из воинов. Так же я понял, что нет смысла пытаться скрыться от кентавров за стволом дерева или под грудой листьев — они видят пульсацию жизненной силы и легко обнаружат мое укрытие. Был повод и для легкого огорчения — дымные темные «лоскуты» неплохо пообедали прямо у меня на глазах, но мне с их пиршественного стола не досталось ни единой «полуобглоданной косточки». Не то чтобы я умирал с голоду, но за последние часы мне пришлось потратить немало сил, и я не отказался бы их немного пополнить.
Просить поделиться — глупо. Меня самого превратят в легкую закуску. Сейчас уже почти не осталось сомнения — все увиденные мною звериные, людские и прочие истлевшие останки в городских руинах принадлежат жертвам летающего ужаса, что не повреждают плоть, но «выпивают» из добычи всю жизненную силу. И от «лоскутов» не спрятаться за колоннами или внутри домов. Если доведется с ними встретиться в ночную пору — ты обречен, ты взглянул в лицо самой смерти.
