— Ага, проколись. Это просто анекдот какой-то. Серьезно, не жизнь, а шутка. Но правда веселилась и удивлялась я недолго. Отец неспроста упомянул Егора в их разговоре с мамой. Оказалось, недавно какие-то вражеские маги убили его заклинанием в поезде. Это случилось вовсе не из-за того случая, он потом продолжал работать на других волшебников, но жалко было невероятно.
Толик мог только качать головой.
А вот Лазарю видимо было что сказать. За секунду до того, как Толик посмотрел в сторону барной стойки, он уже знал, что тот появился здесь.
— Какая абсурдная история, это действительно анекдот! Полина, разрешишь ли ты мне травить ее своим посетителям, как одну забавную историю, которую я как-то слышал?
Она махнула рукой.
— А, без проблем.
— Не волнуйся, в целях собственной безопасности я не буду использовать имена.
— Ну, это правильно. А то вдруг наткнешься на волшебника, а фамилия Протасов слишком известна в некоторых кругах.
Лазарь подмигнул Толику, будто бы вместо нее. Его окатила новая волна головной боли, окутавшая его череп, как шапка. Будто все извилины мозга наэлектризовались и напряглись. Он схватился за волосы, натянув кожу, будто надеялся отодвинуться от этой боли подальше. Лазарь заметил его жест.
— Голова болит? У меня есть одно народное средство, честное слово, не знаю, насколько действенное. Я все-таки человек образованный и привык верить традиционной медицине, но знаешь, всякое бывает.
Он достал из-под стойки бутылку, в которой, должно быть, когда-то продавался морс или сок. Сейчас в ней была налита прозрачная жидкость, в которой плавали шишки.
— Еловая настойка из моих личных запасов.
Полину видимо тоже интересовали способы излечить свою головную боль, поэтому она резко обернулась к Лазарю.
— Ничего себе! Дядя Егор тоже делал еловую настойку, прямо в такой же банке, насколько я могу помнить! Когда мы ходили с ним в лес, он собирал молодые шишки и кидал их в спирт, разбавленный водой. Он не пил много, только по рюмочке перед сном.
— Правда? — излишне удивленно воскликнул Лазарь, — Тогда тебе будет вдвойне приятнее пить его.
Он стал раскупоривать банку, но Полина только повела носом.
— Не, это должно быть, мерзко. Я однажды пробовала пудинг из еловых шишек, кажется, это было в Финляндии, оказалось очень прикольно, но вот спирт, хоть с засахаренными фиалками должен быть мерзким.
— А вот мой батяня настаивал водку на хрене, на корне его. Так и называлась, хреноводка. Поэтому я выпью, — сказал Толик, хотя мыслями он уже был далеко от выпивки. Отец Полины явно был непростым человеком, хоть и не волшебником, скорее всего, из его кругов, только повыше в пищевой цепочке. Он не думал, что все истории, связанные с магией, Полина придумывает. Она нелепо приписывала туда волшебство, заполняла какие-то дыры, о которых не хотела думать. Еловая настойка, которую Лазарь достал, совсем такая же, как у ее так называемого дяди, натолкнула Толика на мысль, что, может быть, Лазарь им не судья, но отчего-то знает о них все. По крайней мере, он в курсе ее происхождения, и, может быть, если закрыть глаза на мистику происходящего, они оказались здесь вовсе не за его грешки, а за преступления ее отца. Ему даже показалось, что фамилию «Протасов», он где-то слышал, но, может быть, ему просто хотелось так думать.
Толик забрал всю бутылку у Лазаря и поставил ее рядом с собой.
— Чего ты издеваешься-то над ней, а?
— Издеваюсь? То есть? Это обычное совпадение, которое ты интерпретируешь превратно!
— Она ведь и правда верит в эту свою магию. Так что ты давай либо рассказывай все, как на самом деле есть, либо не лезь со своими шутками.
— Толик, ты — глупый магл, прекрати скептично относится к моей истории, иначе я вообще больше ничего тебе не расскажу.
Полина сразу вся ощетинилась и была готова нападать, если это потребуется, чтобы не только ему, но и ей самой не прикоснуться к своей тайне.
— У меня нет ни грамма скепсиса относительно искренности твоего рассказа, Полина, правда. Мне лишь кажется, что Лазарь что-то знает про тебя. Вот ты сам, Лазарь, все слова на веру принимаешь? Допустим не только ее, но и мои тоже.
— Я вообще человек доверчивый. Вот был у меня приятель, который однажды напился абсента до чертиков, так ему привиделось, будто он встретил ведьму посреди Москвы, которой он пообещал найти ингредиент для зелья. Я сначала в силу своей профессии подумал, что он галлюциноз словил, но он так искренне рассказывал обо всех своих приключениях, что у меня не осталось сомнений, что к нему действительно приходила ведьма.
— Кажется, я читал какую-то подобную книгу.
— Правда? Может, он и книжку написал.
Лазарь покачал головой, мол, какие чудеса бывают, и Толику снова невероятно сильно захотелось ударить его по наглому лицу.
— Слушай, что же ты за говнюк такой, а? Знаешь же все. Помоги нам понять, чисто по-человечески. А если по-человечески не хочешь, то мы ведь и приплатить тебе оба можем. Ну, что скажешь?
— А еще не по-человечески он может тебе пакет на голову одеть и угрожать пистолетом.
