— Так давай докину, я сейчас туда поеду?
— Хорошо. — отпускаю такси.
Инна резко разворачивается и хочет уйти, но Беркут ловит ее за руку:
— Подумай пожалуйста, я подожду. Жалости у меня нет, только восхищение, что ты справляешься.
— Ладно — шепчет она и уходит.
— Ин — кричу ей. — Побудь со Златой пожалуйста!
— Конечно!
— Каталась? — спрашивает Беркут и протягивает шлем.
— Но не на спортивном.
— Ладно — он садится на мот и протягивает руку. — Ноги ставь сюда и запрыгивай. — делаю, как говорит. — Одевай — протягивает шлем.
Одеваю и не знаю, куда деть свои руки. Он берет их и кладет на бак. Хм, а Инна его обнимала. Значит это привилегия только той, кто нравится.
— Готова? Если руки буду соскальзывать, хватайся за меня.
— Хорошо. — говорю я и смотрю на окна дома, и вижу как дернулась занавеска. Тише девочка, я на него не претендую.
И он срывается с места. Ощущения класс, как будто паришь. Но мое мнение быстро меняется, когда мы выезжаем на трассу. Одновременно страшно и круто. Адреналин хватает за нутро, все что есть в твоей голове в этот миг вылетает напрочь. То что нужно, чтобы отпустить все мысли. Почему я раньше не рассматривала этот вариант? Надо подумать…
Беркут останавливается у огромного сервиса.
— Приехали.
Слезаю с мотоцикла и снимаю шлем, отдавая его хозяину.
— Спасибо, это оч круто. Слушай, а ты мог бы меня научить?
— А больше тебе ничего не надо? — раздается сзади грубый голос. Вот же ж.
— А тебя не спрашивали!
— Девочка, ты снова нарываешься? — рычит Руслан.
Но я дразню его "Кавказец", так нравится как вспыхивают его глаза. Они у него светло-карие, на солнце так вообще как жидкая карамель. Да и сам он очень красивый, черные волосы, смуглая кожа, живет походу в спортзале.
— Уймись Кавказец. — у него чуть пар из ушей не идет. — Не до тебя сейчас. Расскажите, что вы тут промышляете.
— Тебе что больше всех надо? — рычит он на меня.
— Слушай, так как мы раздражаем друг друга, то давай мы не будем друг друга замечать. Идет?!
— Вы угомонитесь? — начинает Стас. — Пошлите уже. Тёмный тут?
— Нет уехал к Злате. Её ты зачем привез?
— Я все слышу!
— Коза!
— Кавказец!.
— Да хватит вам, как дети малые. Вы или подеритесь или трахните друг друга и успокойтесь. Оуооо тишина. Интересно о чем задумались, о первом или о втором? — и смеется.
— Придурок! — говорит Руслан и пихает Стаса в плечо, заходя в дверь.
Заходим в комнату. У них тут еще и картирка. Уютно.
— Ну что, какие идеи пришли вам в голову? — задаю свой вопрос.
— Им надо сделать вид, что они расстались! — говорит Егор.
— Серьезно?
— Ну давай расскажи нам вещи интереснее. — скалится Руслан. Как же бесит и нравится одновременно, от этого еще бесит сельнее.
— Слушай.
Злата
Просыпаюсь, так легко внутри. Может это был сон….
За окном слышатся голоса, подхожу. Внизу стоит Инна, Катя и Дима. Разговаривают на повышенных тонах.
Приехал, он приехал. Бегу к лестнице, спускаюсь и выбегаю на улицу, Слышу:
— …. не знаю, как мне оправдаться, я ничего не помню. Совсем… — кричит он.
— Дима…. — срывается тихое с моих губ. Но он слышит, подлетает ко мне и падает на колени.
— Почему? — шепчу.
— Тише, мы поговорим. Сейчас тебе надо поспать, слышишь? — хочет прикоснуться, но я отворачиваю лицо.
Хочу ему верить, хочу чтобы все было лишь кошмарным сном.
Почему это не сон?
Подхватывает меня на руки и несет в дом. Заносит меня в комнату, где я спала и сажает на кровать. Опускается на колени. Я опускаю руки на колени, он опускает свою голову мне на колени. В комнате стоит полная тишина.
— Мне нет оправдания…. — шепчет он. — Да я и не могу оправдаться, я ничего не помню. Совсем. Помню только, что остался покурить и как пытался подняться по лестнице. Но у меня плохо получалось. Потом Милана со своей помощью дойти до комнаты, а дальше темнота. Она подсыпала снотворное в алкоголь. Это меня не оправдывает. Я не знаю, что она тут наговорила тебе, но это все не правда. Я её видел всего от силы пару раз только тут в доме у Катюхи. И там в доме, но ты же сама возмущалась, что я все время вокруг тебя и не даю тебе посплетничать с девочками. Злат я урод, придурок, кто хочешь. Но не плачь пожалуйста. Я не справился, тут нет твоей вины…. — не урод. Просто мы оказались в лапах игры больных людей.
— Дим, та картина, как вы в постели… Она постоянно перед глазами… Я не знаю как это забыть… Я знаю, что она наговорила весь тот бред специально, чтобы я тебя не слушала. Дим мне так больно, но еще больней, когда ты далеко… Очень больно… Я боюсь… Верить тебе боюсь…. Ведь она права, я не подхожу тебе совсем…..
— Замолчи, слышишь? Это только мне решать, подходишь ты мне или нет. Злат, я люблю тебя правда! И слушать ты должна только себя и свое сердце. — резко поднимает он свое лицо и смотрит мне в глаза. В них столько боли, от того, что он бессилен понять в чем виноват. Глаза ведь не врут….
Прислоняется своим лбом к моему:
