Записав свое странное сновидение, мужчина принялся перебирать фотографии – он не понимал, кто из сестер явился ему этой ночью, хотя был уверен, что научился их отличать. Маленькие хитрости о манере одеваться и укладывать волосы не работали в случае с хрупким промокшим созданием. Безотносительно одежды Стас за все это время выявил одно небольшое отличие – глаза Олеси казались больше и были несколько ближе посажены. Но опять же, мокрые волосы и бледное лицо чьи угодно глаза сделали бы огромными. «Сплошная неразбериха», – думал он, вглядываясь в замершие на снимках лица.
Не менее пытливым взором утром Стас смерил живое лицо свояченицы, поздравлявшей его наяву.
–Представляете, совсем забыл про свой День рождения, – признался он Мирославе Валерьевне. – А вспомнил – еще больше запутался. Наверняка этот сон что-то значил, но вот что…
–По-моему, вам там открытым текстом все сказали, – ответила она, поднимая глаза от блокнота с записями пациента. – Кстати, с Днем рождения! Желаю нам с вами успеха.
–Самое ценное пожелание! Хотите сказать, меня так поздравили – ничего больше?
–А почему нет? Я не хочу разводить предположения о мистическом появлении во сне вашей супруги. Думаю, где-то в глубине души вы не готовы вернуться к своим воспоминаниям, это пограничное состояние и материализовалось во сне.
–Но она была такая живая!..
–Мало ли что приснится… вам ведь свойственно было корить себя за ту аварию – во сне воплотилось желание все исправить. Попробуйте вспомнить, там вы не задумывались о том, кто перед вами?
–Нет, там я знал. Увидел ее лицо и прямо внутренне просиял: непередаваемо хорошо стало от того, что она рядом, будто теперь весь мир вокруг может остановиться, а я буду счастлив, просто обнимая ее. Проснулся – и пока глаза не открыл, это ощущение было со мной, а потом все пропало – и понимание того, кто это был – тоже! Разве возможно во сне что-то знать, а в реальности забыть? Бред какой-то!
–Почему бред? Сны отражают наше мировосприятие, но в искаженной форме. Постарайтесь вспомнить подобные чувства к кому-то из близких.
Стас задумался.
–Пытаетесь сопоставить с отношением к сестре супруги? – угадала доктор. Мужчина кивнул:
–Непросто это. Во сне все как-то ярко было, так, что хочется вернуть себе это ощущение и не расставаться с ним всю жизнь – а не получается.
–Это подтверждает мою догадку. Я даже больше хочу сказать, – ее глаза засветились необычайной радостью. – Мы с вами добились успеха! Пусть во сне, но вы смогли вспомнить, что чувствовали к Олесе – это большой прогресс, это, – она задумалась, подбирая слова, – это – наша с вами база воспоминаний!
–А может наяву такое испытать в принципе невозможно? – осадил ее Стас. – Как вы говорите, подсознание добавило красок. А по сути – во сне мне сказали подальше держаться от Алисы – это же наяву все твердят, да и мне приходится постоянно бороться с собой – и хочется, и колется, как говорится. Все-таки, ее муж – отличный парень, и они счастливы вместе…
–Хорошо, – Мирослава Валерьевна разочарованно вздохнула и вернулась в свой холодный образ глядящего со стороны, – попробуйте проанализировать чувства к этой женщине.
–Да я с ума схожу рядом с ней! Мне нравится на нее смотреть, разговаривать с ней – она умная девушка – а от каждого прикосновения – мурашки по коже. Хочется обнять, расцеловать ее и дойти до той степени близости, чтобы она была только моей, день за днем…
–Хочется или любите?
–А разве это взаимоисключающие понятия?
–Первое дополняет второе, но никак не наоборот. Определите, что для вас важнее.
–Станислав Михайлович, к вам подарок, – ответить на каверзный вопрос психотерапевта помешал селектор, говоривший голосом той, кого сейчас активно обсуждали.
–Я немного занят, – ответил Стас, краснея – словно девушка могла подслушать их разговор.
–Давайте на сегодня завершим, – предложила Мирослава Валерьевна, – все-таки ваш праздник.
–Ну, раз доктор разрешил, – он с нескрываемой радостью нажал кнопку и попросил сюрприз войти.
Дверь распахнулась. За ней крылась настолько приятная неожиданность, что Стас впервые расхотел взрослеть на пять лет. Наоборот, сейчас правильнее было бы скинуть еще пятнадцать, чтобы не зазорно было сорваться с места и броситься на шею своему нежданному гостю. Алиса предполагала такую реакцию, посему поспешила запереть кабинет, прежде чем бизнесмен с многомиллионным состоянием принялся по-мальчишески обнимать почти двухметрового великана – мужчину лет пятидесяти с военной выправкой, строгими усами и умными карими глазами – настоящего полковника в отставке Михаила Семеновича Лотарёва.
