–Зови меня просто Стас, не располагает тут атмосфера к официозу…
Особенно, когда руки скользят по плечам, бедрам и талии того, кто величает тебя по имени-отчеству… хотя мужчина относился к происходящему исключительно как к спортивному занятию и тренировке памяти – ничего личного.
–Ладно, – пожала плечами Аня и уже через несколько секунд по-королевски ехала на плече Стаса.
–Незабываемо! – воскликнула она, спускаясь на лед, в этот момент кто-то маленький и белобрысый въехал прямо в ногу ее партнера.
–Фуф, еле затормозила, – все еще держась за дядю, объяснила свой пируэт Ксюша, – а это что за тетя?
–Это Аня – помогает мне по работе.
–Привет, – пожала детскую ладошку Анюта.
–Я Ксюша.
–Моя племянница, – пояснил Стас.
–Вы очень красивая, – раздалось из-за спины, – а парень у вас есть?
–А это Люся – моя сестра. У нее переходный возраст, поэтому можешь не отвечать.
–Да ладно, вроде не секретная информация, – Аня подула на ладошки и продолжила, – пока я без парня.
–Брат, ты это учти, – подмигнула девочка и словила шутливый подзатыльник:
–Всех бы тебе переженить!
Люся ловко откатилась на безопасное расстояние и прокричала:
–Пока осознаешь, как я права, не заморозь ее! Смотри, уже губы синие!
–Да, с девочками надо аккуратно, – вставила свое слово Ксюша и укатилась за подружкой.
Стас взглянул на Аню и понял: маленькие проказницы были правы – малиновый берет хорошо сочетался с сиреневыми губами и сизыми щеками его спутницы, но лучше было бы их отогреть.
–Анька, что ж ты молчала? – удивился мужчина. – Мы почти час на катке, и до меня ты тут была.
–Да мне тепло, это лицо подмерзло…
–Поехали кофе попьем, – он обнял ее и покатился рядом, – заодно попробуем добраться до выхода синхронным шагом.
–Ну давайте…
Мимо проплыли Алиса с Денисом. Они медленно катились в обнимку: отпустить жену молодой человек все еще боялся, но уверенности в его шагах было куда больше, чем в начале занятия.
–Мы кофе пить, не составите компанию? – обратился к ним Стас.
–Наверное, пора уже собираться, – ответила Алиса, изящно обернувшись в его сторону, – соберем детей по катку и вас догоним.
Как же она была прекрасна с этим морозным румянцем на щеках, такая свежая, волнительная, полная чувств к своему мужу. Ах, как бы Стас хотел оказаться на его месте.
Едва он успел окунуться в эти сладкие мысли, как был грубо возвращен в реальность ударом по лицу, а Анюта, отцепившись от него, с негодованием выкрикнула:
–Станислав Михайлович! Как вам не стыдно меня лапать?!
Подросшая борода смягчила пощечину и скрыла от окружающих большую часть покрасневшей щеки. Мужчина недоуменно смотрел на обиженную девушку и не мог вспомнить, что делал несколько секунд назад. Он схватил Аню за руку и потащил к бортику – выиграл немного времени поразмыслить, чем успел провиниться. Она как на буксире катилась сзади, без остановки жаловалась на хамское обращение и утверждала, что даже Райский так бы себя не повел, но Стас крепко держал ее руку и пытался восстановить в памяти свои ощущения – да, что-то мягкое приятно скользнуло в руку прямо перед ударом. Ох уж эти навязчивые мысли об Алисе – вероятно, близость женского тела сыграла злую шутку.
Стас развернул девушку лицом к себе и взял ее за плечи, Аня попыталась вырваться.
–Тихо, – проговорил мужчина, – я тебе все объясню, ты не дергайся – мало ли кто на нас сейчас смотрит.
–Вы мне противны, – насупилась она.
–Слушай, – он говорил тихо и быстро, – я не был на катке с тех самых пор, как меня водила сюда Олеся. Всему, что я умею, научила она. Сейчас я невольно задумался о тех временах, и, понимаешь, руки сами вспомнили ту нежность, которую я проявлял к жене. Прости, я был не здесь и не с тобой.
–Хорошо, руки дальше груди ничего не вспомнили.
–Не дуйся, Ань. Я честно не хотел тебя обидеть.
–Думаете, никто не видел? – немного смягчилась девушка.
–Думаю, никто не обратил внимания. Мир?
–Мир, – она все еще с кислой миной сжала его руку.
–Зато щеки у тебя согрелись, а нос еще красный.
–Это от злости.
–Идем обедать.
До раздевалки добрались молча.
–Резкая ты! – проговорил, наконец, мужчина, потирая больную щеку.
–Зато неповадно будет.
–Никому про это ни слова, ладно?
–Самой бы забыть такой позор.
–Вам девчонкам стоит повод для болтовни дать… Тем более ты себя не больно-то сдерживаешь.
–Это вопрос и моей чести, Станислав Михайлович, – Аня сказала это с таким серьезным лицом, что мужчина не понял, каково в ее фразе соотношение шутки и деланного пафоса. И занялся шнурками.
В мозгу неприятно пульсировало, мол, прав был Олег – не хватает ему женского тепла, даже руки голову не слушаются. А от этого лезла еще менее приятная мысль – раз сейчас он что-то сделал неосознанно, может, и тогда каким-то странным образом умудрился собственноручно составить и подписать то проклятое письмо о мусоросжигающем заводе и упустить из виду ситуацию с переносом сделки.
Когда мужчина вернулся в реальность, возле Ани уже сидела его сестрица и допекала ее вопросами на излюбленную тему:
–Нет, не верю, что такая симпатичная девушка может быть одна.
–Люся! – процедил Стас сквозь зубы.
–А что тебя удивляет?
