Токс повесил топор на пояс, решив не показывать при Тэлли, что умеет обращаться с таким оружием. Но он понимал, что в нынешней ситуации ей всё равно придётся узнать правду. Он протянул ей руку и повёл за собой. Когда они вышли на улицу, у чёрного входа стояла запряжённая телега, на месте возницы уже сидел сын мясника. Гэри сидел неподвижно, глядя в одну точку, держа в руках поводья. Мясник сел рядом и забрал у него поводья, но Гэри никак не отреагировал, будто отца и не было рядом. Он продолжал смотреть в одну точку, даже не заметив, что за его отцом идут ещё люди.
Тэлли стало жаль мясника. Она раньше не знала, что его сын так болен. И, судя по всему, болезнь с ним с рождения, и Дерамон столько лет живёт с этим один, без жены. Неудивительно, что он стал таким жёстким и недовольным миром. Тэлли устыдилась своих мыслей и слов о мяснике, когда они с Линель или другими бездомниками обсуждали его за глаза.
Токс забрался первым в кузов телеги и помог Тэлли подняться. Она села спиной к Гэри и начала осматривать улицу, боясь, что её могут опознать и позвать стражников. Но город жил своей обычной жизнью. Многие уже открыли свои лавки, а кто-то, как и они, собирался выехать за город по своим делам. Людей было немного, это была неглавная улица, но достаточно оживлённая, чтобы Тэлли начала волноваться, что её могут заметить.
— Возьми, накинь на голову, на всякий случай, — повернувшись, Тэлли увидела протянутую руку мясника с куском ткани, испачканной кровью. Похоже, у него всё было в крови. Удивительно, что одежда, которую он дал ей, не была покрыта пятнами. Развернув свёрток, Тэлли поняла, что это капюшон. Задержав дыхание, она натянула его на голову. Капюшон был когда-то зелёным, но теперь, из-за въевшейся крови, стал бурым. Запах был настолько отвратительным, что её затошнило. Но мясник прав: в капюшоне её шансы остаться незамеченной были гораздо выше.
Когда они тронулись, Тэлли начала прислушиваться к разговорам прохожих. Почти все обсуждали вчерашние события — наставника Роувена многие знали лично. Мнения разделились: кто-то верил в её невиновность, а кто-то говорил, что она могла пойти на преступление из-за своего характера. Токс и Тэлли обменялись взглядами, услышав это.
Токс улыбался: обвинить Тэлли в плохом поведении было достаточно сложно. Она всегда старалась избегать неприятностей, но почему-то они к ней липли, как магнит. Возможно, поэтому люди и думали, что она сама устраивает проблемы. Но Токс знал, что будь её воля, она бы вообще не соприкасалась с ними. Ему часто приходилось выручать её из передряг, когда на неё ругались стражники, или банда мелких хулиганов пыталась спровоцировать. Она всегда отвечала своим обидчикам, хоть и не умела драться. Возможно, это и спасало её от худших последствий, но Токс знал, что ей бы хотелось избегать конфликтов вовсе.
Проезжая мимо знакомых лавочек, Тэлли стало грустно. Она никогда не покидала Соуджен и, конечно, когда-нибудь хотела это сделать, но не при таких обстоятельствах. И, судя по всему, она ещё не скоро вернётся в этот город. Телега ехала медленно, вокруг становилось всё больше людей, направлявшихся к воротам. Лавка мясника находилась недалеко от ворот, но из-за скопления желающих выйти из города, их продвижение было почти незаметным. Пешком они бы дошли быстрее, но для мясника идти пешком было бы подозрительно. Он всегда ездил на фермы на телеге, чтобы привезти товары.
Вокруг было грязно: беглецы проезжали по бедному району, где нечистоты стекали прямо на улицу. Дома были покосившиеся, грязные и неухоженные. Жара усиливала неприятный пейзаж, смешивая запахи улиц с отвратительным запахом капюшона, и Тэлли молила Миирту, чтобы её не стошнило.
Мельком глянув на Токса, Тэлли удивилась его уверенности. Он сидел вполоборота, и она видела лишь часть его лица, но даже так ощущалась его решимость и спокойствие, как будто такие вылазки ему не в новинку. Он пристально наблюдал за происходящим, поглаживая лезвие топора, словно ожидая нападения в любой момент. Тэлли снова подумала о том, как сильно он изменился. За год, что он жил отдельно, Токс превратился из мальчишки в грозного мужчину.
Тэлли гадала, что же с ним случилось, что так изменило его. И тут ужасная мысль посетила её: возможно, Токс вступил в ряды Кривых ножей. Он был против этого, в детстве всегда говорил, что станет капитаном городской стражи и отловит всех членов банды. Тэлли старалась отбросить неприятные мысли, успокаивая себя, что его серьёзность и уверенность вызваны необходимостью защитить её. Но мысль о том, что Токс мог примкнуть к банде, ужасала её.
