— Да, — коротко ответил Эл, придавая форму их общему сознанию. Ему захотелось прикоснуться к её нитям, почувствовать их кожей. И, как только он принял свой физический облик, нити в миг обвились вокруг его руки, плотно прижавшись, словно ища защиты. Сферу Эл оставил без изменений, чтобы не тревожить Тэлли, а остальное пространство превратил в своё любимое место в горах, где любил бывать в детстве. Это были заснеженные вершины, с которых открывался вид с высоты птичьего полёта на все земли аури.
— Но ты же меня совсем не знаешь, — проговорила Тэлли, не обратив внимание на изменения вокруг.
— Но я тебя чувствую, — улыбнулся он, ласково поглаживая пальцами шелковистые нити, которые сверкали на предзакатном солнце.
— И я тебя, — ответила Тэлли и вновь распалась на бесчисленное множество отдельных искр.
В этот момент его отвлёк жуткий крик, донёсшийся с другой части сознания Эла. Вернувшись в реальность, Эллиан пытался понять причину криков, но как только понял, что это был главарь, орущий на своих подручных, мгновенно отключился, вернувшись к Тэлли.
— Что-то случилось? — тут же услышал он её голос.
— Нет, милая, не тревожься, — Эл уселся на камень, разглядывая аурийский пейзаж, как вдруг ощутил, что Тэлли присела рядом с ним. Он обнял её, прижимая к себе изо всех сил, чувствуя, что она нуждается в этом.
— Эл, давай останемся тут навсегда, — попросила она, посмотрев на него. Эл поцеловал её в лоб, чувствуя её умиротворение и желание, чтобы это действительно длилось вечно.
— А как же остальные? Ты не будешь по ним скучать? — спросил он у неё, с улыбкой проведя пальцем по её носу.
— Не по кому скучать, Эл. Бергмары быстро забудут, а принц…, — Тэлли замолчала. Эл почувствовал, как их общий мир накрыла боль потери и горечь предательства при воспоминании о скорой свадьбе его высочества с другой.
— Я всегда буду с тобой, любимая, — прошептал Эл, ощущая её терзания как свои, и тут же направил к ней лёгкий ветерок тепла и поддержки, который нежно всколыхнул её волосы, заставив её мягко улыбнуться. Он чувствовал её потребность в защите, нежности. И любви. Осознав её чувства как свои, он любил её и готов был умереть за неё.
— Не хочу, чтобы ты тоже страдал, Эл, — пробормотала она, поглаживая его руку, обнимавшую её. Эллиан почувствовал их общее сожаление из-за того, что ему передаются все её эмоции.
— Я чувствую тебя, Тэлли. И без раздумий разделю с тобой всю боль и страдания.
— Ты не должен был давать мне ту клятву, — сказала она с горечью, которую они поделили на двоих.
— Это был мой выбор, любимая. Уважай его, — серьёзно ответил он, поправляя прядку волос, которую растрепал ветерок.
Ощутив её желание как своё, Эллиан посадил Тэлли к себе на колени. И, когда Тэлли положила ему голову на плечо, он начал укачивать её как ребёнка, счастливо наблюдая за падающими на землю красными искорками в свете бледно-золотого заката.
<p>Глава 36</p>Существуя в двух мирах одновременно, Эллиан практически не замечал, что происходит в реальности, лишь отслеживал всё новые рассветы. С момента слияния с сознанием Тэлли его настигла отрешённость от всего, что с ними происходило. Он больше не слышал голоса Тэлли в хижине и был безмерно благодарен за это. Его тело так и оставили в хижине, заставляя наблюдать за всем, что с ней делали, но он никак не реагировал. В хижине осталось лишь бездушное тело, которое больше ничего не значило.
Пока Магрейн наслаждался телом девушки, он не заметил, что его пленники потеряли интерес к происходящему. Новые ощущения, которые он получал и длительное воздержание сделали своё дело, ему даже не требовались крики, чтобы возбудиться. То, как безвольно двигалось под ним тело девчонки уже доставляло непомерное удовольствие. Он игрался с её телом, размазывая кровь по коже и наслаждаясь собственным превосходством над ним.
— Чего затих, парень? Небось под впечатлением? — хрипло засмеялся Магрейн, бессильно упав рядом с телом девушки и глядя на безвольно висящего с отрытыми глазами Эллиана. — Поверь мне, я тоже. Даже не думал, что она сможет меня так удивить. Чертовски хорошая попка у неё оказалась, — он гладил тело девушки, иногда погружая пальцы в неё, ощущая нежную плоть и своё семя.
