Арест знал, что спасти его может только чудо и тянул время, надеясь, что оно придет. Его машина ехала очень медленно и остонавливаться он тоже не хотел, как бы приглашать их к задержанию себя.
— Зей олсо лав мани, — они тоже любят деньги, как бы озарило Ареста от спасительной мысли, учитывая пословицу, которую сказала Клария. Это он уяснил еще по их свободийским фильмам, что здесь все любят деньги и за эти бумажки готовы были продать любую вещь и любую услугу даже, то что было запрещено их законом. Главное не подставляться и не наглеть совсем уж откровенно.
Арест не знал, что его проступок был слишком серьезен и деньги не решили бы его вопрос, но он думал как раз наоборот, что его ведут на пустынную трассу именно из — за денег. Цену вопроса он понимал, что нужно все что есть и даже больше.
— Гим ол е мани Клария, зен ай гив ал ту ю, — дай мне все свои деньги, потом я отдам тебе их все обратно, сказал Арест Кларии.
— Ин ноу азэ вэй аут, иф нот гив зей, кэн кил ю — по другому не получится, если не дадим, они могут убить и тебя, а не только меня, сказал Арест вторую фразу уже сожалеюще, он понимал как трудно девушке отдавать последнее оставшееся ее. Он и так у нее много чего забрал, начиная со спокойствия.
— Ес оф кос, — да конечно, сказала она утвердительно, она видела его искренность и понимала, что она на его пути встретилась случайно и он уже сто раз если желал бы этого нанес не поправимый вред, но пока они постоянно невредимыми выходили из всех ситуаций. И как знать может это приключение окажется самым ярким событием ее жизни. Она будет сидеть с ребенком на кресле и вспоминать как было трудно все это пережить и победить в одной команде с незнакомцем.
Она достала деньги из потайного кармана, оказалась внушительная сумма, она прятала ее до этого, ведь они с мужем накопили на новую квартиру и должны были купить ее сегодня, если бы не вмешался этот незнакомец.
— Хэ из вери ладж эмоунт ин зе керенси, — здесь очень большая сумма в валюте.
— Тэнк ю, ай гив ол, онли джаст нид э стэй э лив, — спасибо, я все верну, только сейчас нужно остаться в живых. Арест остановил машину на пустынной трассе за городом, увидев, что дорогу ему уже перегородили впереди полицейские своей машиной.
Перегородили ему дорогу окончательно и бесповоротно, сразу было видно, по полицейской науке. Машина стояла поперек дороги и закрывала обзор, что там впереди, возможно там было еще несколько таких же, это пока еще не подоспели основные силы полицейских. Перед машиной было раскидана, довольно небрежно, но все таки достаточно для непрохождения, лента с шипами длиною в карандаш.
По сторонам было видно, стояли полицейские, они держали оружие в положении к изготовке боя. Арест понимал, что за его головой уже следят в оптический прицел снайперы. Выход был один, а именно постараться выйти с ними на диалог, в случае если они первыми его не расстреляют.
Арест поднял руки вверх, ладонями к ним и даже не мог опустить их потому что он знал одно лишь неловкое движение и его голова разлетится от пулеметной кононады. Даже не давал себе открыть ручку двери, он просто держал ладони прижатые к лобовому стеклу.
— Ноу шут, — не стреляйте, крикнул он прямо в машине.
Полицейским была дана наводка, что задерживаемый очень опасен и в случае если он даже просто захочет угрожать, стрелять на поражение. Они и действовали по этим правилам, как буд то не у них была сила, а у него. Они разом, держа его на прицеле, стали подходить с четырех сторон к машине, как бы крадучась. По их лицам было видно, что они действительно очень напряжены и готовы стрелять в любой момент.
Арест увидел это выражение напряжения и страха на нескоольких лицах полицейских и понял вовремя, что лучше вообще не смотреть им в глаза, а то еще потом напишут в рапорте, что пристрелили преступника только потому, что смотрел агрессивно.
Он опустил глаза и несмотря на то, что ему было очень страшно за свою жизнь он постарался, все таки не дрожать и держать руки на одном месте открытыми ладонями вперед. Они поняли, что задерживаемый хочет здаться и причин стрелять нет. Хотя, в их плане было два равносильных решения или взять для суда или пристрелить при сопротивлении.
— Хэндэ хох, — руки вверх, закричал один из них фразу, которая уже имела значение скорей напугать голосом, чем приказ, что — то исполнить. Они обступили его со всех сторон. Предположение Ареста, что должны были быть люди в засаде были верны. Еще трое полицейских вышли из своих скрытых мест. Это была лишь та группа, которая непосредственно следила за ним, а на подмогу было выслано еще с десяток машин. Они все прибывали и прибывали. Арест слышал только, очередную сирену от приближения новой машины вооруженных людей. Он уже давно опустил голову и ждал или выстрела или когда ему наконец закрутят руки за спиной, чтобы можно было посмотреть на эти десятки вооруженных людей, которые были против него одного.
