— Знаю, София Петровна. — Я посмотрел на неё твёрдо. — Но именно поэтому я предлагаю способ, который не приведёт к таким последствиям. Поверьте, безопасность государя — моя высшая цель.
Император скрестил руки на груди.
— Если есть возможность создать внутри себя резерв аномальной энергии, я готов пойти на это. Но я даже не представляю, как это сделать. Объясни, брат. Я должен знать об этом все. Пожалуйста…
Но женщины явно не разделяли его энтузиазма.
— Это очьень опасно, если я всьё верно понимаю, — прошептала императрица. — Быть можьет, не нужно действовать так радикально?
София тоже качала головой:
— Если об этом раньше времени узнает великий князь, нам всем несдобровать, — сказала она. — Дядя и так следит за нами, но если выяснится, что государь занимается столь опасными экспериментами, он может и вовсе запереть моего брата.
— Значит, будем действовать осторожно, — сказал император. — Я не упущу этот шанс. Итак, Алексей, я должен научиться хранить в своем теле аномальную энергию, так? Словно в сундуке или в кармане?
— Верно, — ответил я, — но только в том случае, если ваш организм сможет правильно адаптироваться. Для этого нужна положительная чувствительность — природная склонность к работе с аномальной энергией. В противном случае взаимодействие с этой силой может сильно вам навредить.
— Можно ли это провьерить? — спросила императрица. — Эту пресловутуйу чувствитьельность…
— Да, хотя проверка может сопровождаться побочными эффектами. Впрочем, я смогу их устранить без вмешательства других магов — есть большой опыт. Кроме того, в раннем детстве его величество уже подвергался мощному воздействию аномальной энергии, и она оставила след на его ментальном плане. Вопрос в том, с каким полюсом чувствительности. Государь был слишком юн, его потенциал тогда даже не открылся.
Император сжал кулаки.
— Тогда мы проведем проверку. Прямо сейчас. Что от меня требуется?
Я глубоко вдохнул и кивнул, принимая окончательное решение.
Осторожно, с предельной концентрацией, я вытянул вперед руку, позволяя сохраненной в резерве энергии Искажений струиться сквозь ладонь. В воздухе передо мной сформировался сгусток силы — темно-зеленая субстанция с яркими салатовыми всполохами, заключенная в прочный эфирный барьер-сферу.
Её неровное мерцание напоминало бьющееся сердце, а тонкие искры пробегали по поверхности, как молнии в грозовом небе.
— Пожалуйста, дамы, отойдите, — обратился я к Софии и императрице. — Аномальная энергия не должна вас задеть. София Петровна, на всякий случай возведите защитный барьер между вами с государыней и нами.
София, заметив выражение ужаса на лице императрицы, мягко взяла её за руку и отвела к дальней стене зала. Надежда Федоровна была смертельно бледна, но подчинилась, не отводя встревоженного взгляда от мужа.
— Петьенька, прошу тебья, будь осторожен, — тихо, почти умоляюще, сказала она.
— Не волнуйся, Надя, — мягко ответил император, затем перевёл взгляд на меня. — Я доверяю Алексею как самому себе.
Я кивнул, принимая эту ответственность. Медленно, плавным движением, я передвинул сферу ближе к императору.
— Что теперь? — нетерпеливо спросил он.
— Коснитесь её, — сказал я, удерживая защитную сферу. — Оболочка исчезнет, и вы вступите в прямой контакт с энергией. Позвольте ей проникнуть в вас, слиться с вашим эфиром. Плавно, насколько это возможно. Не торопитесь.
Государь шагнул вперёд, его взгляд был прикован к парящему перед ним сгустку энергии. Он поднял руку, но замер на мгновение, будто изучая светящуюся субстанцию. Её мерцание завораживало.
Пальцы императора дрогнули, и он осторожно прикоснулся к сфере.
Как только его палец коснулся поверхности, барьер лопнул, словно мыльный пузырь, и аномальная энергия выплеснулась наружу, окутывая ладонь государя. По его коже побежали изумрудные всполохи.
Императрица резко вдохнула, её губы задрожали, но София крепче сжала её руку.
— Всё под контролем, дорогая, — шепнула она. — Алексей никогда нам не навредит. Никому из нас.
— Знаю, но… Это так страшно…
А государь продолжал изучать неизвестную силу, что вилась по его ладони, словно змейка. Я внимательно следил за каждым изменением, готовый вмешаться в любую секунду.
— Что вы чувствуете? — спросил я.
Император не отрывал взгляда от своей руки, погружённой в зеленоватый свет.
— Она… странная, — наконец заговорил он. — Одновременно ледяная и обжигающая. Щекочет… Не скажу, что она враждебна. Но чувствуется, будто… будто она из другого мира. Что-то в ней неестественное. И все же она мне знакома… Что-то внутри меня знает ее и хочет принять.
Я кивнул, отмечая его слова.
— Ваш эфир может сопротивляться — это естественный процесс. Постарайтесь подавить это сопротивление. Попробуйте.
Император прищурился, глубоко вдохнул и внезапно сжал пальцы. В тот же миг энергия сузилась, стекла в его ладонь, и я ощутил резкую перемену в воздухе.
Сияние исчезло, фон — тоже. Император поглотил энергию полностью.
Государь вздрогнул, его веки дрогнули и закрылись. А когда он вновь открыл глаза, в них полыхал зеленый свет аномальной энергии. Императрица вздрогнула.
