Молодому хану были не чужды одновременно и азиатская пышность, и европейская роскошь. Насмотревшись в Европе и в столице русской царицы на дворцы и внутреннее убранства, Шахин начал строить театры, выписывать из России и Европы дорогие предметы искусства, приглашать модных художников из Италии. Хан стал носить специального покроя одежду с элементами европейской моды, ездить в шикарной карете… К ужасу правоверных мусульман он стал держать не более трёх жён и брить бороду, а также обзавёлся лакеями и слугами из иностранцев.
Такие вкусы шокировали мусульман. Среди татар распространялись слухи, что хан Шахин «на кровати спит, на стул садится и молитв Аллаху должных по закону не делает. Продался хан неверным!». Дошло дело до того, что Шахин-Гирей позволил изобразить себя масляными красками на полотне, что привело в негодование правоверных, так как это было запрещено Кораном.
И крымцы решили избавиться от своего хана вооружённым путём. Они позвали на престол находившегося на Кубани брата Шахина сераскера Едичкульской орды шестидесятилетнего Бахадыр-Гирея, который вместе с другим братом Арслан-Гиреем имел общую неприязнь к хану и оба они были настроены на возврат Крыма под протекторат Турции.
Непосредственно мятеж в Крыму возглавил ещё один брат неугодного хана, Халим-Гирей, который собрал многотысячное ополчение и начал военные действия против своего младшего брата. Шахин-Гирей направил против восставших свою гвардию и войска, но они его предали, перешли на сторону мятежников.
Шахин-Гирей вместе со своим советником Веселицким и правительством вынужден был бежать в Кафу, но там уже было небезопасно. На одном из российских судов хан с приближёнными переправился в Керчь.
По указанию из Петербурга комендант Керчи и Еникале136 устроил Шахин-Гирею и его свите пышную встречу с пушечной пальбой и строевыми представлениями. Хан был растроган, терзаемые неизвестностью его приближённые воспряли духом и снова с надеждой стали смотреть на своего свергнутого повелителя.
Тем временем мятежники захватили Бахчисарай, их отряды стали в открытую нападать уже на русские гарнизоны, жестоко расправляться с оставшимися на полуострове христианами.
Тем временем из Кубани в Крым переправился Бахадыр-Гирей. Вскоре он был провозглашён крымским ханом, калгой стал другой брат – Арслан-Гирей.
В августе 1782 года Потёмкин наконец-то получает от государыни долгожданный рескрипт, в котором она пишет: «Независимость татар ненадёжна, устала я от них! Велю войска наши безотлагательно ввести в Крым, подавить мятеж, вернуть власть Шахин-Гирею как законному правителю. Друг, мой! Честна я пред Богом и пред народом крымским, не хотела того, да пришло время помышлять о присоединении сего полуострова, как ты и хотел. Думаю, встретиться потребно тебе, светлейший князь, с ханом Шахином лично».
Находясь в Керчи, Шахин-Гирей понял, что ситуация окончательно вышла из- под его контроля. Он был удручён, подавлен. В своих ожиданиях хан разочаровался и охотно слушал, прибывшего в Керчь, родственника Потёмкина Самойлова, который красноречиво убеждал хана в невозможности более править таким вероломным народом, как крымские татары. Мягко, как бы невзначай, он намекал хану, что есть страна, где тот может быть счастливым, и страна эта – Персия. И всё, мол, возможно: Россия поможет ему сесть на персидский престол, коль Шахин-Гирей откажется от крымского и попросит матушку-государыню Екатерину принять Крым под свой скипетр.
Шахин слушал и понимал, что сие есть горькая правда. В нём крепло решение начать всё сначала, но… на новом месте. Письмо Екатерины, неожиданно полученное им, утвердило его в своих размышлениях.
Исполняя повеление государыни, Григорий Потёмкин приказал морем переправить Шахин-Гирея в Петровскую крепость. Одновременно, совсем не сомневаясь в результатах встречи с опальным ханом, светлейший князь дал указание командующему Азовской флотилией вице-адмиралу Фёдоту Клокачёву к весне 1783 года подготовить флотилию к переводу в Ахтиярскую гавань.
Сборы Шахин-Гирея затянулись. Наконец в начале сентября 1782 года на корвете «Хотин» Шахин-Гирей со своим правительством отбыл из Керчи, направляясь в сторону северных берегов Азовского моря, где находилась Петровская крепость.
Следом за ханом на судне «Таганрог» туда же отправился крымский посол-министр Пётр Веселицкий. Через неделю корабли благополучно прибыли к месту назначения.
За два дня до прибытия в крепость специальный курьер императрицы, плывший на транспортном галиоте встречным курсом со стороны Петровской крепости, встретился в море с Веселицким и вручил ему для передачи Шахин-Гирею пятьдесят тысяч рублей золотом.
Гарнизон крепости встретил ханскую делегацию с почётом и уважением. Уже на следующий день после прибытия в крепость, Веселицкий от имени государыни полученные деньги передал хану, произнеся при этом: – Вот, ваша светлость, примите от матери родной нашей сей скромный дар!
Хан расчувствовался и со слезами на глазах ответил: – И подлинно яко родная! Боже мой! Как мало за всё это я отслужил!
