Джабалю осталвалось только восхищенно выдохнуть вслед ненаглядному. Если бы не гости и эта охота, то он не выпустил бы супруга из спальни несколько дней, пока не распробовал бы его по-настоящему. Джабаль понял, что опять возбудился, и это вызывало уже неприятные тяжесть в паху и дискомфорт. Он привык всегда иметь в распоряжении доступные тела, с которыми можно сбросить напряжение и приятно провести время. Но он сам раздал оставшихся омег из своего гарема, так что, винить было некого. Осталось только надеяться, что скачка, охота и общий ажиотаж праздника позволит ему отвлечься от пожирающего его телесного голода.
За всеми этими терзаниями наблюдал Айдан. Он понимал муки взрослого альфы, привыкшего к регулярному сексу, вынужденному теперь жить в одиночестве, и более того, под постоянным прессом соблазна в лице юного и до сих пор невинного омеги. Айдан всю свою жизнь прожил в гареме и смотрел на секс с практической точки зрения. Он прекрасно знал, что эмир соблюдает вынужденный целибат и даже не пытается найти себе замену для «разрядки». Если бы он хоть намекнул, что ему это необходимо, то селафь сразу же прислал бы к нему парочку своих проверенных бет. Они бы помогли эмиру сбросить напряжение и уже спокойнее дождаться, пока юный супруг перестанет шарахаться от него, как норовистая кобыла от жеребца. Но Джабаль молчал, а Айдан в такой пикантной ситуации не имел права предложить ему своих людей. Хотя оголодавший альфа, с сорванными тормозами представлял реальную угрозу для здоровья любимого правнука. Конечно, Айдан смог бы попридержать либидо альфы настойками, но не хотелось рисковать его здоровьем, Из-за заторможенных реакций эмир мог травмироваться на охоте. Поэтому Айдану оставалось только вздыхать и надеяться, Джабаль сможет отвлечься и сбросить напряжение тела на давно подготавливаемой охоте.
- Я готов! - Серенити едва дышал от нетерпения. Он помнил, что Джабаль обещал подарить ему красивую лошадку.
Эмир с нежностью посмотрел на своего юного супруга, который, как никогда ранее, был похож на нетерпеливого ребенка. Вроде, все, как положено - шелковое платье, с драгоценности, но все равно - глаза горят, на щеках румянец, как у ребенка в предвкушении приключений.
- Идем, - Джабаль потянул руку, и наградой за его терпение стала протянутая в ответ рука омеги.
Они вышли во двор. Серенити глазам своим не поверил, когда увидел настоящую ахалхетинку изабелловой масти. Серебристо-кремовая, с длинной гривой и хвостом, с прекрасными выразительными глазами необычного голубого цвета, с подвижными высокими ушами идеально красивой формы, с прямым аристократическим профилем и широкими ноздрями. Серенити восхищенно ахнул. Изящная голова на длинной шее повернулась на звук, и кобылка нетерпеливо переступила своими тонкими ногами.
- Какая она красавица! - Абаль достал из кармана абая яблочко и протянул новой знакомой. Кобылка недоверчиво повела ушами, и, потянувшись поближе, принюхалась к непонятному человечку. И только решив, что незнакомец в черном вполне безобиден, осторожно приняла угощение.
- Она красива, как ты хабиби, - Джабаль довольно улыбнулся. - Ну как, угодил с подарком?
- Да! - Абаль осторожно погладил кобылку по длинной шее и восхищенно зашептал. - Она на ощупь, как бархат, а блестит, как атлас! Я всегда мечтал иметь именно такую лошадку! Спасибо! Это просто мечта, а не лошадь! А я могу взять ее на охоту?
- Можешь, - довольно мурлыкнул Джабаль, видя восхищение в глазах супруга. - Она обучена ходить под седлом, но было бы правильней взять на охоту ту, на которой ты уже привык ездить, чтобы уделять внимание самой охоте, а не знакомству с новой лошадью.
- Да, ты прав, - Абаль еще раз погладил лошадь, не веря своему счастью. - Я покатаюсь на ней позже, когда мы хорошо подружимся. Назову ее День, потому что она прекрасна, как божий день!
Над головой прогрохотал шаттл. Джабаль проводил взглядом корабль, заходивший на посадку, и порадовался, что успел вручить свой подарок первым. Наверняка отец тоже подарит ему лошадь, но она будет уже второй, и ее уже будут сравнивать с этим изабелловым совершенством. Кобылку увели под уздцы конюхи, а Джабаль с супругом остались во внутреннем дворе в ожидании прибывших гостей.
В городе было много любопытствующих, все знали, что на большую охоту приедут родные супруга повелителя, и жители хотели посмотреть на них. Сегодня на рассвете за городские ворота отправили лучших жеребцов, на которых будут въезжать в город альфы. Не успели первые гости въехать в город, как в небе появилось еще несколько шаттлов, которые опустились по соседству с первым.
Серенити так переживал, что еле сдерживал слезы. Он прижался боком к мужу и вложил ему в руку свою дрожащую лапку. Джабаль с интересом посмотрел на манипуляции супруга и довольно улыбнулся. Наконец-то он воспринимает его, как надо… Тогда получается, что три месяца терпения и заботы не прошли даром. Теперь все постепенно наладится. Джабаль привлек к себе взволнованного супруга и поцеловал в висок, делясь спокойствием и заботой.