Фильм получился хороший. Захватывающий фильм получился. На предварительном просмотре в нашей любительской киностудии его в числе лучших фильмов отобрали на республиканский конкурс. Тут все было хорошо, я была рада. Не радовало только одно: началась школа, и я мальчишек не видела. Звонили они редко. Понятно, выпускной класс. Даже мне, с моей организованностью, порой было трудновато совмещать занятия в студии с приготовлением уроков. А что говорить про бестолковых неорганизованных мальчишек. Они, приходя из школы, смотрели телевизор, играли с собакой или просто где-то болтались, а садились за уроки только с приходом родителей. Это в десятом-то классе….
А может это мне хочется так думать, что им некогда? Может, они просто потеряли ко мне интерес и не хотят общаться? Бабушкины карты тоже предсказывали какую-то муть: хлопоты, разговоры, неприятности, дорогу в казенный дом. Это как раз понятно– в казенный дом, то есть школу, каждый день ходить приходится. Настроение мое было подстать хмурой осенней погоде. Не радовал даже предстоящий в ближайшую субботу республиканский кинофестиваль, где будет представлен и мой фильм. Мама, не зная как порадовать меня, пообещала пойти со мной, а потом пообедать шашлыком в «Голубых куполах». И, разумеется, в этот день – никакой школы. Во времена нашего детства для школьников еще не придумали пятидневки, и суббота была полноценным учебным днем.
Глядя на стекающие по стеклу капли дождя, я вымучивала сочинение по роману Горького «Мать». Вдруг позвонил Юрка. Как всегда из автомата, из метро.
– Юрец, где ты пропал?
– Да учеба эта запарила… Сейчас мама меня посылала за курицей к сестре, поэтому я в метро и вот тебе звоню. Что у тебя нового?
– А у меня в субботу конкурс. Там фильм наш будет. Где вы инопланетянами были.
– Класс! А где?
– В Доме Знаний.
– Во сколько?
– Начнется в 10 утра. Но мой фильм, скорее всего, где-то в конце будет.
– Интересно бы посмотреть, но школа же…
– Приходи, дома у меня посмотришь.
В окончательном смонтированном и озвученном варианте Юрка с Сережкой фильм не видели.
– Не могу, Натуль. Сочинение писать надо.
– А хочешь, я тебе напишу?
Я была рада любому предлогу, лишь бы он пришел.
– Да неудобно как-то.
– Что там неудобного, давай!
Юрка с минуту посопел в трубку, потом сказал:
– Хорошо, завтра я приду после школы сразу. Так нормально?
– Договорились.
Йес! Я исполнила возле телефона какой-то дикий танец и приступила к выполнению обещанного. Мы в разных школах, поэтому мое сочинение вполне сгодится за основу. Сейчас немного сокращу его и отредактирую, перепишу, и дело сделано!
Мама, придя с работы, сразу прочитала по моему лицу радостные новости.
– Кто звонил?
– Юрец. Завтра придет.
– Вот видишь. Я же тебе говорила, что у него интерес есть.
– Может и есть. Но не очень глубокий.
– А это от тебя зависит, в каком направлении его углубить.
Разговор на самом интересном месте прервал братишка:
– Мама, а Наташка мне не хочет текст по английскому переводить!
– Как тебе не стыдно, своей головы что ли нету?
Я из-за маминой спины показала ему язык, он в ответ скорчил рожу.
На следующий день уроки тянулись очень медленно. К счастью, последнего, шестого урока, не было, и я, чтобы скоротать время, решила забежать в районную библиотеку. Выбрала пару любовных романов, чтобы голова отдохнула от уроков, и побежала домой. Дождь начался с новой силой, но я накинула на голову капюшон, и весело перескакивая через лужи, помчалась домой. В душе все пело. Скоро придет Юрка, я его сейчас увижу….
Но увидела я его даже раньше, чем предполагала. Сквозь пелену дождя мне навстречу двигались две фигуры под зонтом. Сначала я не придала этому значения, но одна фигура была какой-то слишком знакомой. Я пригляделась, и почувствовала, что сердце у меня обрывается, падает куда-то вниз и становится трудно дышать. Юрка шел мне навстречу под ручку с девочкой и держал над ней зонтик. Моего самообладания хватило на то, чтобы поравнявшись с ними, поздороваться и спокойно пойти дальше. Ничего не видя сквозь пелену слез, я зашла во двор своего дома. К счастью, во дворе в такую погоду никого не было. Стоп, сказала я себе. Надо срочно успокоиться, он же сейчас придет! Он придет, а что я ему скажу? Ах ты, скотина? А почему – он что, мне в любви объяснялся, или я его девушка? Нет. Сказать– гуляй на здоровье с другими? Но он и так это делает, и в моем благословении не нуждается… Что ж сказать? Спросить кто она? А мне ни все ли равно Маша она или Даша? Главное, что не я…
Бабушка позвала меня обедать.
– Чуть попозже, бабуль!, – крикнула я в ответ.
А может ничего говорить и не надо? Тактично промолчать? Посмотреть сначала, что он скажет и как себя поведет? Наверно, это правильнее всего.
Как только я пришла к такому решению, раздался звонок в дверь.
– Заходи, Юрец!
