Я обалдело уставилась на него, а наши девчонки из группы застыли с отвисшими челюстями.
– А если бы я не сдала на пятерку?
– Сдала бы. Я был в тебе уверен.
Вообще все мальчишки из хоздоговорной группы относились ко мне хорошо. У меня был среди них и «придворный электрик», к которому я бегала за помощью на хлопке, когда в нашем углу барака не горел свет. Но тут совсем другой случай. Это, как сказала моя бабушка, уже серьезная заявка на победу.
Я стояла в растерянности с букетом в руках, не зная, что мне делать дальше.
– Пойдем завтра в театр?, – вдруг спросил он.
– Завтра что, среда? Нет, я вечером работаю.
– Жалко.
– Ага. Спасибо за приглашение.
Мне было приятно его приглашение, но не более того. Не могу сказать, что я воспарила в небеса, как если бы приглашение исходило от Юрки.
Через пару недель у меня был день рождения. По такому случаю мама решила пригласить гостей. Эрик пришел с цветами, в костюме с галстуком, и принес на открытке стихи собственного сочинения.
Ты не похожа на Марину Влади
И не идет тебе парик Мерлин Монро
Но есть в тебе добра богатый кладезь,
Ума палата и смешное озорство.
Еще глаза с их вечною загадкой
В них отражается любая грань души:
Цвет утреннего неба – все в порядке,
Цвет бурных волн – обидчика ищи.
И если кто захочет вдруг создать
Сплав искренности, ласки, доброты
Их не заставлю долго я искать.
Да, да, не удивляйся, это ты!
Ага, думаю, правильно я такая хорошая. И раз меня просят не удивляться, значит, скромность тоже принадлежит к числу моих добродетелей.
Юрка тоже пришел. Я не видела его довольно давно, и он был какой-то похудевший и осунувшийся. В подарок он принес большую тыкву (какой-то специальный сорт, что она как деревянная), сделанную в виде сосуда, расписанного розами и еще какими-то цветами. Этот тыква-сосуд закрывался причудливой пробкой, на которой было написано: «Конечно, Наташка, и на солнце бывают пятна. Пусть же их никогда не будет в жизни лучшей из нас».
Было еще много народу: девчонки из группы и мальчишки, с которыми я работала у Анатолия Константиновича.
Понятно, что при таком количестве людей поговорить с Юркой нам не удалось. Я видела, что он чем-то расстроен, а когда Эрик пригласил меня танцевать, он еще больше помрачнел, а потом и вовсе исчез или поля зрения.
Потом девчонки потащили меня за стол слушать их тосты. От тостов меня отвлекла мама, позвав на минутку на кухню.
– Натусь, послушай, – она подвела меня к закрытой двери на лоджию, – как бы они там не подрались.
Я открыла дверь и зашла на лоджию. Юрка стоял у открытого окна, курил и что-то говорил. А я даже не знала, что он курит, ни разу не видела его курящим…Эрик сидел на самодельном папином сундуке. Увидев меня, Юрка замолчал. О чем шел разговор, я не слышала. Они оба повернулись и уставились на меня.
– Юрка, – сказала я первое, что пришло в голову, – ты нам сыграешь на гитаре?
Он кивнул и встал. Похоже, особого желания к музыкальным занятиям в этот момент он не испытывал, но неудобно было отказать имениннице.
Мы вышли на кухню, мамы там уже не было.
– Юрка, что с тобой?
Он посмотрел на меня хмуро и ничего не ответил. Обычно голубые глаза его стали темно-серого цвета.
– Ты что, куришь?
Он молча вздохнул, а я, повинуясь какому-то безотчетному порыву, провела пальцем его по щеке. Он схватил мою руку и прижал к губам. Губы его были сухие и горячие, и мне стало жарко от их прикосновения.
– Натулька….Натулечка…
– Пойдем за гитарой, – я сделала над собой усилие, чтобы высвободить руку. Разумный внутренний голос сказал мне, что время и место выбраны неподходящие.
Он поднял на меня умоляющие глаза:
– Можно, я не буду петь? Можно уйду домой?
Я пожала плечами:
– Как хочешь…
Хотя мне стало ужасно обидно.
Молча проводила его до входной двери, подождала пока оденет куртку, завяжет кроссовки, и открыла входную дверь. Проходя мимо, Юрка слегка обнял меня за шею, прошептал прямо в ухо: «Не обижайся», чмокнул в щеку и побежал по лестнице с такой скоростью, что закрывая дверь, я топот его шагов уже на первом этаже.
Глава 17
– Как ты думаешь, как Юрка будет себя вести на моей свадьбе?, – спросила я у мамы. Мы вдвоем сидели на кухне и пили чай.
– То есть, если он там будет присутствовать не в качестве жениха?, – уточнила мама.
– Ну да.
– Наверно напьется…
– Что, ты замечаешь у него тягу к алкоголизму?, – обиделась я за Юрку.
– А у тебя что, намечается свадьба?, – парировала мама.
– Нет, я теоретически спрашиваю.
– Ну а я теоретически отвечаю.
– Мам, – продолжала я, – а почему все-таки он вчера ушел?
– Наташ, ну откуда я могу знать? Наверное, расстроился из-за Эрика.
– Ха, он думает, что придет раз в три месяца, а я тут в парандже сижу и крестиком вышиваю?
– Да он потому и приходит раз в три месяца, что боится не справиться со своими чувствами!
– Ну и пусть не справляется….
– Доченька, ну как ты не понимаешь, что вы – студенты третьего курса!
В твои планы входит сейчас выйти замуж?
– Нет…
– Ну а в его планы это не входит тем более.
– А зачем сразу замуж?
– Потому что отношения должны иметь развитие, иначе они заходят в тупик.
