Оба гнола показали себя истинно темными воинами, но эльфы не сильно уступали им в умениях, а их было больше.
С другой стороны, за мельницей с именем Фаат, болезненно вскрикнул кто-то из братьев. Загрохотали неровно железные набойки по тесовой крыше сарая. Значит Стах. У него такие сапожищи. Хотелось обернуться и посмотреть, отчего тот бежит. Он ранен? Или оттого и стонет сейчас дерево крыши, что чужой меч задел другого. Но нельзя, эльфы хорошо знают, что лучше первыми избавиться от слабых бойцов, чтобы потом вместе добить умелых. Оттого и теснили они людей сильнее.
По три эльфа занялись гнолами, еще по двое достались людям. Один лежал во внутреннем дворе, с разрубленной саблей грудиной.
Свят пропустил короткий удар. Боли он не почувствовал. Только неприятное, липкое тепло, побежавшее по левому плечу. «Нужно было разбудить. Пока они нас режут, она бы скрыться успела» — мысли были злые, отчаянные. Не ожидал Свят, что эльфов окажется столько. Не ожидал похоже и гнол, зло щеривший зубы на остроухого, чьи одежды украшала вышитая алая роза. Тот на гнола смотрел, хищно сузив глаза, и с легкостью отбивал любой удар.
Усталость давала о себе знать. А может то была и рана? Очередной выпад противника окончился острой болью у ребер.
— С-с-кот ты, — мотнул головой Свят, отбивая меч второго. Моргнул удивленно, когда тот вдруг дернулся и полетел вниз. Словно птицей себя возомнил, точно так же руки-крылья растопырил.
Его приятель оказался сообразительнее, точнее он был не ранен и не так вымотан и был способен соотнести падение друга с торчащей из его бока стрелой.
— Вартакалле, — зло прошипел эльф, кинув взгляд вниз.
Свят, воспользовавшись моментом, попытался достать остроухого, но чуть не лишился головы. А в следующий миг, едва его не скинув, к эльфу бросилось нечто растрепанное, босое и грозное. Свят с толикой ужаса разобрал в сквернословящей фурии грубиянку темную. Помотал головой, отгоняя видение в ночной сорочке прочь из головы, но оно не исчезло. Наоборот, прыгая и приседая, девица продолжила теснить все же уставшего эльфа к карусели гнола. В какой-то момент эльф преодолел ту невидимую черту, что отделяла безопасное место, от летающей сабли и изогнулся, болезненно скривившись.
Фурия тут же переключилась на другого, напоследок пнув опустившегося на колени противника, отправляя его вниз, в раскинувшийся там огородик.
Пока Свят следил за одним видением, второе, такое же растрепанное, только беловолосое и в голубой сорочке, помогло избавиться братьям от обоих противников и уже примерялось к окружившим Мата эльфам.
Совсем скоро все было кончено.
Свят устало спустился и привалился к забору, прикрыв глаза и вслушиваясь в стук шагов и тяжелое дыхание остальных.
Отбились.
На губы сама собой выползла довольная улыбка.
Оказалось, отбиться от эльфов не самая сложная задача. Отделаться от возмущенной темной — вот настоящее испытание.
Девчонка ругалась и бранилась, игнорируя все попытки объяснить произошедшее. В конце концов Свят устало махнул рукой и, не обращая внимания на злобное шипение, побрел к дому. Нужно еще перевязать раны, а с темной этой пускай Сауле разбирается. Свят искренне надеялся, что она его поймет и не присоединится к темной в ее претензиях.
***
Шиес и Вериорен сидели на краю забора, свесив ноги вниз, к вытоптанной перед воротами площадке. Солнце багровой долькой лежало на сверкающем подносе моря. В вышине хрипло кричали морские птицы. Сидеть было немного жарко, несмотря на освежающий, дующий с моря ветер. Да и попахивало слегка. От жары многие морские обитатели решили уйти во тьму, и их хладные тушки украсили берег непреодолимым барьером. Но находиться внутри храма им не нравилось. Слишком мрачными были братья Сауле, Кахир тихим, а сама Сауле занятой. Вот и нашли они спокойное место.
Шиес налюбовалась морем. Мысли, сперва сравнивающие солнце с фруктами, переключились на въедливый запах, перевернув нутро, и нкаран решила отвлечься разговором.
— Как думаешь, еще придут?
— Придут, — тихо шепнула Вериорен и Шиес с недоумением перевела на нее взгляд.
К удивлению, лицо эльфы было бледным и напряженным, а в глазах стояли слезы.
— Эй, ты чего? Пожалела их? Они ведь и тебя за чело… эльфа не считали?! — с возмущением и страхом одновременно одернула ее Шиес.
Вериорен натянуто улыбнулась, распознав во всполошившейся темной нежелание кого-то успокаивать.
— Я ведь тебе соврала, — закусив губу, перевела Вериорен взгляд вдаль. На не поддающемся загару личике эльфы, словно отблески огня, играли солнечные лучи. Впечатление создавалось несколько жуткое, мрачное. И Шиес попыталась хоть немного его разогнать.
— А то я не знаю, вы ушастые всегда не прочь приукрасить!
Эльфийка все еще старалась улыбаться, прекрасно разобрав тревогу в голосе темной.
— Нет, не приукрашала, а именно соврала. Я ведь… мне еще… — Вериорен вздохнула, опустив голову. — Я правда бросила отряд.
Шиес нахмурилась, разглядывая вытянутую на берег лодку. Начало ей не нравилось, и очень не хотелось, что бы конец не понравился еще больше.
