— Лиса чтоль, — мрачно буркнул охранник и, на всякий случай сделав еще пару движений светляком, развернулся обратно, бросив напоследок оживившимся псам, — идем, неча.
Псы разочарованно посеменили вслед за хозяином, иногда бросая недоуменные взгляды за ограду, но быстро забыли досадное недоразумение и понеслись вперед огромными скачками.
— Здесь недалеко мельница стоит, — задумчиво зашептала Вериорен, — там тоже лошади есть.
— Ага, — не стала спорить Шиес, отползая от негостеприимной местности.
— А как хозяин мельницы будет без лошадей, — мрачно разглядывая притаившееся у небольшого, но быстрого ручья строение, спросила Шиес.
— Мельник богатый человек, купит себе новых, — буркнула Вериорен. Ее раздражала необходимость отвечать на глупые вопросы темной. Как минимум потому, что эти вопросы будили тщательно запиханную в самую глубину совесть. — Идем, — и эльфа направилась к очередному забору. Этот был уже покрепче и намного выше.
— Как…
— Заткнись, — прошипела Вериорен, — прикрой.
Шиес со вздохом негодования накрыла их щитом и растерянно наблюдала как эльфа перелазит через высокие ворота. К слову, делала она это быстро и грациозно, в считанные мгновения скрывшись с той стороны. Зашуршало, и калитка в огромных воротах приоткрылась.
— Заходи.
На шебуршание у ворот из глубин двора раздался глухой одиночный гавк. Девушки застыли прислушиваясь, но местный охранник оказался не в пример ленивее конюшенных.
Медленно пробираясь по большому, чистому подворью, Шиес не прекращая донимала эльфийку разными доводами против.
— Но ведь война, что если зерна не будет, а мы еще лошадей сведем. Может из-за нас он умрет?!
— Можем уйти, — остановившись перед воротами сарая, прошипела эльфа. Полюбовавшись на быстрое мотание головы темной, она продолжила. — Я тоже не в восторге, но ты уж определись: хочешь ты помочь своей подруге или это не к спеху.
— К спеху, то есть нужно быстро, — обреченно согласилась Шиес и отворила ворота.
Мельник, похоже, был человеком хозяйственным и аккуратным. В сарае вместо запаха навоза и сырости приятно пахло опилками и сеном. Козы, чей загон находился ближе всех к выходу, стоило открыться двери удивленно поднялись. Выглядели они чистыми и ухоженными, вселяя в Шиес новую порцию противоречий.
— Давай, не стой столбом, — подпихнула ее в спину Вериорен. — Ищем лошадей и уходим.
Хозяйство у мельника оказалось богатым. Козы, овцы, низкая коренастая лошадка оборотней, огромный черный как мрак битюг, и две аккуратные, пусть и довольно плотные, рабочие кобылки.
— Держи, — пока Шиес мялась перед загонами лошадей, Вериорен умудрилась найти сбрую. — Выводи вот эту, серую, — сама эльфа занялась второй, гнедой.
Уже закончив седлать свою долю, Шиес кое-что придумала и осторожно примостившись на полу в загоне вывела пальцем руны, оставляя послание: «за убытками Несущий хаос!» — и счастливая вышла к ожидающему животному. Наткнулась на вопросительный взгляд эльфы, но отмахнулась, прошипев:
— Уходим, у меня силы заканчиваются.
Она и так была довольна. Ее хватило очень надолго. Как оказалось, в спокойной — ну почти — обстановке расход энергии был совсем другим. «Ты точно будешь мной гордиться!» — довольно подумала она, выводя лошадь из сарая.
Ворота тихо скрипнули, побудив местного пса подать голос более настойчиво. Вместо глухого бухканья он разразился хриплым лаем, впрочем, таким же коротким.
— Ворота!
— Некогда! — зашипела эльфа уже забравшаяся в седло, но Шиес не послушалась, пусть не заперев их, но по крайней мере прикрыв так, чтобы твари — ну или звери — не пробрались.
Уже отъезжая от двора обе услышали едва различимый скрип. Похоже, намек сторожа не остался незамеченным.
— Бежим, — велела эльфа и пришпорила коняшку. — Давай в лес! — взревела она, когда сзади послышался грозный рев, переросший в грязную ругань.
Была ли за ними погоня, девушки так и не узнали. По тропе лошади ходить не умели, поэтому останавливаться до следующего полудня они не рискнули.
Свет бродил по своим покоям словно дикий зверь, быстро, резко, бросаясь то к окну, то к двери.
Отец не растворился в мире. После бури, ознаменовавшей его уход, мир не пополнился ни граном тьмы, наоборот, она исчезла, нарушив Равновесие. Отец успел обзавестись телом. Не просто телом, а телом ребенка! Опасная задумка, но ему похоже плевать.
— А-а.
Стул пролетел всю комнату, врезался в стену и рассыпался на части, «кровоточа» белесым соком. Ширма хрустнула сминаясь. Цветы на изломанных ветвях тут же потускнели и осыпались, устилая пол снегом иссушенных лепестков.
Свет тяжело рухнул в кресло и прикрыл глаза. Нужно было подумать, но эмоции хлестали через край. Конечно, такая новость несла и хорошее. Убей он отца в теле смертного, и он исчезнет. Прекратит свое существование. Умрет, если так можно выразиться. Но это не входило в планы Света. Он хотел, чтобы отец наблюдал за проигрышем своих созданий. Чтобы он «наслаждался» их мучениями и смертью. Чтобы понял, что сын превзошел его. А теперь? А теперь мир исчезнет вместе с Тьмой. Мать расстроится, потеряв игрушку.
