Чуть позже Каролина села за туалетный столик. Ее черный парик «Помпадур», в котором она была на вчерашнем балу, висел на подставке. Глядя в зеркало, она отметила, что волосы ее сильно поседели и заметно поредели. Камеристка ей об этом не говорила, но Каролина и сама видела, что на макушке у нее появилась пролысина, пока еще маленькая, размером с монету, но она постепенно становилась все больше. На первых порах Каролина обходилась шляпами и капорами, но в конце концов стало ясно, что единственное спасение – это парик. Вернее, парики. Теперь у нее был отдельный шкаф, в котором хранились парики различных оттенков коричневого и черного, имитирующие разные виды причесок. Проблему плохого состояния волос Каролины они с камеристкой решали без лишних слов и обсуждений.
Кончиками пальцев она потрогала макушку: да, лысина постоянно увеличивается. Наконец ей надоело смотреть на свои тусклые волосы, и она взяла парик. Только успела надеть его, как в дверях появилась Кэрри. Глядя на отражение дочери в зеркале, Каролина сразу поняла, что с ней приключилась какая-то беда.
– Боже мой, дитя! – Она повернулась к Кэрри. – Что стряслось? Тебе нездоровится?
У Кэрри плечи были безвольно опущены.
Каролина быстро поднялась из-за туалетного столика и подошла к дочери. Потрогала ее лоб, проверяя, нет ли температуры. Кэрри только что вернулась с занятия по танцам, на котором – представьте себе – разучивали кадриль для бала Альвы Вандербильт. Кэрри и ее друзьям предстояло исполнить танец в память о короле Пруссии Фридрихе Великом. Каролина еще раз потрогала ее лоб.
– Жара нет.
– Я не больна.
– А в чем же дело?
– На репетиции все девочки только и говорили что о бале в доме Вандербильтов.
– И поэтому ты так расстроена? Из-за этого нелепого бала?
– Мама, почему ты так ненавидишь миссис Вандербильт?
– Это не так, – ответила Каролина, стараясь придать своему голосу оттенок безразличия. – Просто мне нет до нее дела.
– По-моему, ты не понимаешь. Альва Вандербильт – женщина умная. И хитрая. Все говорят, что она намерена стать во главе общества. Сместить тебя. Говорят, что у нее новое видение роли общества. Шарлотта тоже это слышала. Тебе больше нельзя враждовать с ней. Лучше объедини с ней усилия, иначе ты рискуешь лишиться своего положения. И, прости, но если ты лишишься своего положения, что будет со всеми нами? Мы станем «бывшими».
– Вздор! – Каролина взмахом руки отмела тревогу дочери. – Этого не произойдет никогда.
– Это уже происходит. Все мои подруги – все – получили приглашения на этот бал, а я – нет.
– Твое приглашение просто еще не доставили.
– Да нет, ты не понимаешь. Все получили приглашения больше недели назад. Теперь уже ясно, что меня не пригласят. Что я скажу подругам? Мы уже несколько недель разучиваем эту кадриль. Ты должна как-то наладить отношения с миссис Вандербильт.
У Каролины по спине пробежал холодок.
– Будет еще много балов, – сказала она, но это прозвучало неубедительно.
Кэрри посмотрела на нее. Лицо бледное, в глазах слезы. Каролина не терпела, когда ее дочери проявляли слабость, и Кэрри это знала.
– Да, конечно, будет еще много балов. Я переживу. – У нее по щеке скатилась слеза. – А ты? Какое будущее ждет тебя? – С этими словами она закрыла лицо маленькими бледными ладонями и зарыдала так, что у нее затряслись плечи.
Каролина почувствовала комок в горле.
– Это явно какая-то ошибка, – сказала она.
Кэрри икнула и снова разразилась слезами.
Каролина вся кипела от возмущения. Ведь ею явно манипулируют. Как смеет Альва Вандербильт наказывать Кэрри подобным образом. Нет, она не потерпит такой светской войны.
На следующий день Каролина нанесла визит Уорду Макаллистеру. Никто лучше него не разбирался в хитросплетениях светского общества, к тому же он знал Кэрри, даже любил ее как родную. Каролина была уверена, что вместе они найдут выход из положения. Они сидели рядом в его библиотеке, где стены были обшиты темными панелями. Через бархатные портьеры в комнату проникала лишь одна полоса солнечного света. На столике между ними стоял серебряный поднос с чайным сервизом. Каролина требовала обратиться с призывом ко всем представителям светского общества бойкотировать бал у Вандербильтов.
– На каком основании? – Уорд скептически посмотрел на нее. – Просто из-за того, что туда не пригласили вашу дочь? Лина, это не серьезно.
По выражению его лица Каролина поняла, что ее предложение смехотворно.
– Но Кэрри очень расстроена. Я должна что-то предпринять. К тому же она беспокоится, что Альва встанет во главе светского общества. – Каролина рассмеялась, словно это была явная нелепость.
– Вообще-то… – золотыми щипчиками Макаллистер взял кусочек сахара, – … ни для кого не секрет, что это часть ее грандиозного плана. Она очень хитра и изобретательна. Будьте с ней поосторожней.
