Это, действительно, были хорошие новости. Влад ответил, что за сведения об Ирине Новак благодарит, и попытается встретиться с ней сам, когда появится возможность. Зато просит продолжать получать сведения по уголовным делам в отношении девушек, которые позже стали женами хасанийцев, и их самих, причем Алиной Тоховой можно не заниматься. А по убийству психолога Дробышева, — желательно поинтересоваться, не сфабриковано ли дело об ограблении, нет ли там другого мотива. Но это не срочно, и, если невозможно будет узнать это тихо, тогда лучше вообще ничего не делать. А еще… Интуиция подсказала ему попросить частного детектива узнать про бывшего репортера Таню, осужденную за убийство своего парня.
Затем ему пришла еще одна мысль, он ввел в поисковик имя и фамилия — Исмаил Аев. Интернет тут же выдал перечень научных статей ученого. Тот занимался генетикой (к счастью, уже были далеко не времена Лысенко), ее влиянием на поведение людей. И еще одна тема раз за разом повторялась в его статьях, — влияние генетических факторов на развитие малых народов. Конечно, если он сам — представитель одного из них, подумал Влад, и из любопытства открыл одну из статей.
Как ни странно, писал доктор Аев достаточно простым языком, так, что понятно было даже гуманитарию. До знакомства с хасанийцами Влад никогда не сталкивался с проблемами малых народов, и сейчас его интересовали, скорее, их традиции, — потому что пришлось испытать их на себе (в буквальном смысле, улыбнулся Влад). Но статьи Исмаила Аева открывали совсем другой взгляд. Он и не заметил, как прочитал их с полдесятка. И понял, что беспокоило ученого.
А потом сел за руль «Субару». На этот раз путь его лежал в офис нотариуса, того же самого, у которого когда-то Влад оформлял наследство.
— Рад вас снова видеть! — сказал нотариус. Но, когда Влад объяснил, зачем пришел, удивился:
— Но зачем вам это? Тем более, здесь половина — на украинском, я ничего не понимаю.
— А вам и не нужно понимать суть, — сказал Влад. — Это все делается для украинского суда. Иск о защите чести и достоинства. Проблема в том, что у нас нет такого нотариального действия, как удостоверение верности распечатки web-страниц, украинские нотариусы такого не делают. А вы по российскому закону это сделать можете. Такой документ будет доказательством для суда, даже если авторы удалят тексты.
— И как же вы будете подавать это в украинский суд? — продолжал расспрашивать нотариус.
— Очень просто. На основании конвенции от девяносто четвёртого года, даже легализация не требуется.
И нотариус сделал все, что от него требовалось, стопка документов заняла место в сумке Влада. А еще через час он уже встречался с Искандером в кафе в центре Хасанкалы.
— Снова разговаривал вчера с Марьям, — сказал Искандер. — Тогда… я хотел ее спасти, даже не думал, что так получится.
— Как? — поинтересовался Влад.
— Мне кажется… она счастлива. Такого тона я никогда не слышал от наших женщин…
— Надеюсь… Ты тогда все сделал правильно. Хотя, кажется, она до сих пор за тебя беспокоится.
— Говорила, что уже соскучилась по тебе, — улыбнулся Искандер. — И немного боится… До сих пор о суде рассказывает, как ты там всех побеждал. Но ты же не для того хотел встретиться?
— Да. Есть дела… — И Влад стал рассказывать, за чем хочет, чтобы Искандер проследил в банке, — это касалось дела с нефтяной компанией. Ему очень удобно было иметь свой, независимый источник информации.
— А… тот список… Он тебе помог? — спросил Искандер.
— Да, спасибо. Много чего узнал. А можно получить данные тех женщин, которые не имеют счетов в нашем банке? И еще одно… Если у тебя есть такие связи… — Искандер выслушал пожелания и на минуту задумался.
— Найдем. Но это будет дорого.
— Денег не жалей, — сказал Влад. — Время дороже. И еще одно… Машина мне нужна на ночь. Утром надо вылетать. Очень, знаешь, неудобно, когда приходится лететь, а потому не можешь сам быть за рулем, потому что машину там не оставишь…
15. Парад планет.
Хорошо, когда тебя встречают. Это — привилегия человека, у которого есть деньги и положение в обществе, подумал Влад, когда служебный «Мерседес» из компании «Нефтяные горы» остановился у его нового дома. Поблагодарив водителя и забрав вещи из багажника, он вошел в открытые ворота. И сразу увидел собственный «Лендкрузер» со старым грузовым прицепом, — теперь было понятно, почему такая картина вызвала удивление у патрульных, подумал он с улыбкой. Работа явно кипела.
Зайдя в дом, из соседней комнаты он услышал голоса. Марьям с Родионом Петровичем и двумя рабочими обсуждали выкладку плитки на полу.
— Привет всем! — громко сказал, входя в комнату. — Ты, вижу, здесь руководитель всех работ!
Она сразу подошла, и они обнялись на секунду.
— Да, ты сам мне сказал…
— Конечно. И, я вижу, все движется хорошо! — И действительно, за несколько дней, пока его не было, сделано было немало. Скоро эту комнату можно будет обставить. А потом, высказав несколько замечаний, он вышел вместе с Марьям в кухню, где уже давно все необходимое было сделано, — иначе нельзя было бы переехать.
