Я неплохо описал этот день в книге «Убийство часового», в главе «Битва на Тверской». При случае прочтите.
Здесь вкратце.
Несколько тысяч человек, пробив ВОСЕМЬ раз (!) оборону милиции и ОМОНа, прорвались на Пушкинскую площадь и могли победоносно идти дальше по Тверской к Кремлю. Противник был деморализован уже.
В этот момент нас, разгоряченных и воинственных, остановили свои. Самозваное командование митингом прислало нам генералов и полковников и майоров в шинелях, и от нас потребовали, чтобы мы вернулись. Поскольку, дескать, мы оторвались от основных сил.
Я уже в этот момент понял, что это либо предательство, либо дебильная роковая ошибка. Вместо того чтобы подтянуть отставшие массы протестующих к нам, передовым частям, нас заставили отойти.
В дальнейшем наши командиры провели митинг, взобравшись на леса ремонтировавшегося дома на Тверской, и (о, верх идиотизма!) уговорили народ разойтись до 16 часов, чтобы собраться в шестнадцать.
В тот день мы потерпели поражение, а могли победить, с такой-то массой ожесточенного, полуголодного народа – и не победить.
Виновники поражения – командиры.
17 марта 1992 года был еще раз шанс, и какой. В Москву съехались депутаты только что распущенного Верховного совета СССР, около 25 % депутатов. Предполагалось на съезде заявить о создании параллельного правительства и назвать главой государства генерала Альберта Макашова. Съезд состоялся в подмосковном Воронове. В последний момент у депутатов не хватило духу бросить открытый вызов власти, и потому трусливо создали Постоянный президиум Верховного совета СССР, во главе которого поставили Сажи Умалатову. Позор конечно же.
Но в этот же день патриоты струсили еще раз.
На митинг на Манежной площади собрались до 500 тысяч человек. Митинг вел Виктор Анпилов. Грузовик, с которого мы все выступали, стоял у гостиницы «Москва». Взобравшись на грузовик, я взглянул на площадь и был поражен мощью собравшихся. Народ волновался и ждал команды.
Достаточно было сказать людям: «Слева башни Кремля! Россия должна быть освобождена!» И никто не смог бы остановить 500 тысяч протестующих. Мирно подошли бы к Кремлю и мирно вошли бы в Кремль.
Шанс опять был упущен. Командирами.
1 мая 1993 года патриоты схлестнулись с полицией на площади Гагарина. Людей было около 100 тысяч, однако забрались слишком далеко от центра города.
9 мая 1993 года опять был шанс. Манежная уже была разрыта и окружена заборами. Но шанс был, и я помню, как сновали в толпе шустрые чиновники и члены Моссовета, убеждая людей разойтись.
Разошлись.
Я понимал, что происходит и что нужно делать, но у меня был небольшой авторитет, и за мною бы не пошли.
Виноваты командиры.
А вот 3 октября 1993 года возмущенный осадой Белого дома народ сам собрался у метро «Октябрьская», и сам, без командиров, пошел, сметая на пути милицию и ОМОН по Садовому кольцу, и полиция драпала от греха подальше, только шапки, и каски, и фуражки, и дубинки повсюду валялись.
Но власть уже успела подготовиться за период с 23 февраля 1992 по 3 октября 1993 года. В ночь с 3 на 4 октября против безоружного народа были выпущены БТР и танки. Протест подавили в крови.
173 трупа были итогом двухгодичного бунта патриотов против либеральной диктатуры. И настала политическая ночь.
Бунт московской интеллигенции в 2011 году был подготовлен деятельностью оппозиции в последнее десятилетие. Деятельность нацболов, с 2000 года ставших в радикальную оппозицию к Путину, массовые судилища над нацболами, затем «Марши несогласных», организованные коалицией Каспаров/Касьянов/Лимонов, уроки мужества, преподанные «Стратегией-31», – все это еще как повлияло на возникновение массового недовольства. «Креативный класс» лишь не желает это признать.
А случай проявиться массовому недовольству представился тотчас после выборов 4 декабря.
И опять мерзавцы лжекомандиры, трусливые, боящиеся брать на себя ответственность. 10 декабря, в момент пика протестного гнева, сманили, увели граждан за Москву-реку, на остров. Разорвав, без объявления нам войны, свой союз с радикальными нацболами.
Спасли власть.
Был еще шанс, но уже меньший, 5 марта 2012-го, после президентских выборов.
И опять господа «командиры» не собрали людей у Центр избиркома, куда следовало бы прийти, ведь Центризбирком был виновен в фальсификации выборов, но отвели их в сторону на Пушкинскую площадь.
Новейшая российская история, как видите, дает четкий ответ и на вопрос «Что делать?», и на вопрос «Кто виноват?».
Виноваты всякий раз трусливые и неталантливые командиры.
А что делать, также ясно: не уходить от опасности, но идти прямо на нее. И именно в тот день, когда есть единственный шанс.
Задолго до китайцев я был контрафактором. Ну, разумеется, не в таких грандиозных масштабах.
В 1964-м, летом, мне, неистово желающему быть современным молодому человеку, удалось стать обладателем расклешенных джинсов. Мне изготовил их из военного плотного хаки разбитной молодой парень, волосы торчали на нем как на еже.
