Ультранационалистическое, но и либеральное восстание на майдане в Киеве неожиданно оказалось тем самым «несчастьем» из пословицы «Не было бы счастья, да несчастье помогло».
Это несчастье сбило Россию с либерального курса, которым она шла все 23 года, со времени буржуазной русской революции в 1991 году.
Столкнувшись с киевским ультранационализмом, Россия вынуждена была вспомнить о своих национальных интересах. Крым и Донбасс заставили президента и правительство России вспомнить о национальных интересах России.
Теперь снова обратимся к отечественным либералам.
За 23 года они далеко ушли от нас, общей массы российских граждан. Даже внешне они нас не напоминают.
Час назад я ехал в автомобиле через площадь Белорусского вокзала. По тротуару мимо нас прокатил на самокате, отталкиваясь ногой, карикатурный, в общем-то, персонаж – человек в узком черном пальто и в черной шляпе, с перекинутым через плечо портфелем на ремне.
В автомобиле нас было трое, и мы стали обсуждать человека в шляпе. Впрочем, не зло. И пришли к выводу, что до 1991 года таких персонажей на российских улицах не было. А на европейских они были, и в США были.
Я сказал, что он, наверное, весь пропотел под своим пальто. Мои товарищи заметили, что для такой прогулки в офис лучше бы подошла спортивная одежда.
Конечно же есть один шанс на сто, что прокативший мимо нас в шляпе не хипстер и не либерал. Но 99 шансов есть на то, что либерал, креативный класс.
Но я не об этом, силуэт в шляпе, в пальто и на самокате – всего лишь попытка персонификации креативного класса.
Вот что я хочу сказать на самом деле.
Что мы в одной лодке все. И вам придется пройти через то же, что и нам, господа либералы.
И через повышение цен на хлеб, и через падение цен на нефть, и через слабый рубль, и через все, все, все!
Пережить в случае, не дай бог, нашего поражения то же, что и нам, – унижения, страдания, смерти близких – все прелести расчленения страны.
Бежать вам будет некуда. Отдельного государства для вас нет и не будет. Так что прекратите раскачивать лодку, в которой мы все плывем, нашу единственную Россию.
Предлагаю вспомнить горький опыт нашей отечественной истории.
Вспомните, как ваши отцы и деды диссиденты яростно боролись с коммунизмом. В результате, пусть они и целили в коммунизм, попали в СССР и в результате сократили могучую страну вдвое.
На нынешнем отрезке истории вы дружно целите в Путина, но ваш цивилизованный мир, ваша европейская цивилизация хочет, чтобы вы попали в Россию.
Перестаньте раскачивать лодку.
А Путин, ну вот он такой нам всем достался, мог быть лучше и мог быть много хуже. В конце концов, уйдет и он.
Россия – все, остальное – ничто!
В герои не пробиваются абы как. Можно на голову встать и так прожить полжизни, а то и целую жизнь. Но героем не станешь.
Все, что делал Навальный доселе, все его ужимки, прыжки, трюки, интриги, сговоры, поразительные по своей моральной низости компромиссы (например, его согласие взять голоса 55 муниципальных депутатов от «Единой России», «партии жуликов и воров», как он ее называл много лет, чтобы быть зарегистрированным на выборах в мэры Москвы) – весь этот дурно пахнущий комплекс поступков привел Навального к смехотворной ситуации.
Он хочет наконец сделать себя и свою деятельность серьезными, зайти на трагическое поле тюрьмы. А его не берут, отказывают в этой чести.
Там даже не важны детали (вроде высказанного мной мнения о том, что засчитываются в юридически истекшие со дня приговора дни только рабочие дни, а признанные государственными постановлениями дни новогодних праздников считаются нерабочими, потому не засчитываются в истекшие), но важен сам факт его проснувшегося желания немедленно остановить наступление политической старости, сейчас же, когда его ускоренно забывают. Остановить какой-нибудь выходкой.
В понедельник он такую выходку продемонстрировал. Я имею в виду эпизод с электронным браслетом, который он решился снять и срезал его кухонными ножницами (если верить ему и его же фотографиям в Интернете).
Но не судилось нашему теляти вовка з’icты. Таких не берут в космонавты.
Весь вечер и всю ночь просидел Навальный в своей квартире в ожидании полицейских, сотрудников ФСИН, омоновцев, солдат Второго оперативного… Да кого угодно, хоть из мэрии бы приехали! Но никто не явился. Не хотят покарать. Зловредно и ехидно не желают.
А он запоздало хочет, чтобы его покарали. Потому что прозрел вдруг, понял, что без ноты трагизма героев не бывает. Жалкий парень, что же ты все свои тридцать семь так плохо прожил?!
У него многое в характере – наследственное. Семья хваталась за все, чтобы срубить бабло. Отец – военный юрист. Однако не военный по сути своей, а мелкий бизнесмен. С коммерческой жилкой, но не из тех, кто нефтяные компании отхватывает. Десятью рангами ниже. Из тех, кто лозоплетельные «Рога и копыта» основывают.
